Уступка права требования по денежному обязательству, возникшему из госконтракта, правомерна

Позиция Верховного Суда Российской Федерации и ранее заключалась в том, что нет никаких препятствий для уступки третьему лицу права требования к заказчику об исполнении денежного обязательства по государственному или муниципальному контракту (п. 17 Обзора судебной практики применения законодательства РФ о контрактной системе в сфере закупок). Однако само наличие судебной практики показывает: в большинстве случаев контрагенты казенных учреждений реализуют свое право на уступку через суды. Причем такой вариант абсолютно безопасен для ПБС – они принимают новое бюджетное обязательство с указанием нового контрагента на основании судебного решения.

Определение СК по экономическим спорам ВС РФ от 12 октября 2017 г. № 309-ЭС17-7107 содержит вывод, что установленное законодателем ограничение не распространяется на уступку денежного требования, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

Однако по мнению специалистов Минфина России (письмо Минфина России от 21 июля 2017 г. № 09-04-04/46799) любая переуступка права требования по государственным контрактам, включая возмещение судебных расходов, противоречит бюджетному законодательству РФ и создает определенные риски для бюджетной системы.

Документы по теме:

Читайте также:

Перечисление таких средств в бюджет Минфин России рекомендует отражать как возврат субсидии.

Минфин России запланировал детализацию Классификации операций сектора государственного управления.

В инструкциях пока нет проводок для отражения этих операций.

Как не стать жертвой цессии в закупках по 223-ФЗ

Переуступка права на оплату

Договор цессии — это согласие переуступить право требования третьим лицам.

Исполнитель контракта — это константа, которая не подлежит изменению, за исключением ситуаций, когда новая сторона выступает правопреемником предыдущего поставщика. В соответствии с определением Верховного суда РФ от 20.04.2017 по делу № 307-ЭС16-19959, получатель средств может быть изменен в процессе исполнения контракта, когда исполнитель переуступает права требования по оплате третьим лицам.

Переуступка поставщиком права на оплату производится в том случае, когда у него зафиксированы долговые обязательства, вследствие которых он не может исполнить работы и имеет недостаток денежных средств на своих счетах, либо если у исполнителя ожидается проведение ликвидации.

Основания требования оплатить товары, работы или услуги могут быть переданы исполнителем даже до момента исполнения договора. Для организации-заказчика условия контракта в данной ситуации не изменятся, скорректируется только параграф «Получатель средств». Более того, согласно ст. 388.1 ГК РФ, поставщик может переуступить права еще до момента заключения контрактных отношений.

Исполнитель также может переуступить часть долгового обязательства нескольким третьим лицам. Тогда в контракт будут внесены все, кто получает деньги, в том числе и исполнитель (ст. 384 ГК РФ).

Исполнение контракта все равно ложится на плечи поставщика, тогда как основание требовать оплату будет перенаправлено на третье лицо. Для организации-заказчика абсолютно не имеет значения, кому отправлять средства за исполненные условия. Единственное, чего должен опасаться заказчик, — это двойная плата, поэтому крайне важно отследить момент передачи.

Что важно помнить, чтобы избежать возможных негативных последствий

Существуют несколько различных ситуаций, которые выступают потенциально опасными для организации-заказчика:

  1. Уведомление о переуступке прав требования после того, как произведена оплата. В том случае, если плательщик получил письменное уведомление с опозданием, риски ложатся на третье лицо — нового получателя денежных средств. Заказчик выполнил свою часть договора и не должен платить дважды (п. 3 ст. 382 ГК РФ).
  2. Контракт оплачен новой стороне по письменному уведомлению о переуступке. Если вдруг выясняется, что соглашение о цессии является недействительным, и при этом поставщик направил плательщику уведомление об оплате, то заказчик не должен оплачивать договор второй раз, так как средства были переведены до того момента, как соглашение о цессии признали недействительным (п. 14 письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120).
  3. Победитель письменно сообщает о переуступке, а затем он же отзывает уведомление, вследствие чего организация направляет оплату исполнителю. Далее новый получатель выставляет свое требование о перечислении ему денежных средств. Так как уведомление направило и отозвало одно и то же юридическое лицо, то оно полностью легитимно, а значит, заказчик уже выполнил свои обязательства по контракту ранее и не должен переплачивать еще раз новому получателю (постановление Президиума ВАС РФ от 14.02.2012 № 13253/11).

Если денежные средства поставщику уже были переведены при наличии уведомления о цессии, то заказчик не сможет заплатить вовремя третьему лицу, вследствие чего и образуется неустойка за просроченный платеж.

Для того чтобы обезопасить себя, нужно следовать следующим указаниям:

  • если уведомление о переуступке отправил поставщик, то заказчик вправе изменить адресата платежа без дополнительного уведомления;
  • он не должен запрашивать договор цессии, так как не является участником юридических отношений по переуступке;
  • переуступка не меняет условия договора, поэтому составлять дополнительное соглашение к нему не требуется;
  • оплата новому получателю осуществляется на тех же условиях, что и победителю торгов (ст. 386 ГК РФ);
  • если требование об оплате отправил новый получатель, заказчик обязан потребовать подтверждение о цессии либо акт передачи прав. До момента получения данных документов он не обязан платить по своим обязательствам (п. 1 ст. 385 ГК РФ).

В том случае, если победитель подписал договор о цессии по факту исполнения контракта, то заказчик должен будет оплатить третьему лицу — новому получателю. Если же контрактные отношения еще не закончились, но поставщик прислал уведомление о переуступке, то тогда организация вправе требовать выплату штрафа от исполнителя (п. 3 ст. 388 ГК РФ).

Смотрите так же:  Налог на добычу полезных ископаемых формула

ВС РФ подтвердил возможность уступки права требования оплаты по госконтракту

Теплоснабжающая организация и учреждение заключили муниципальный контракт поставки тепловой энергии. Выполнив свои обязательства, организация заключила с обществом договор уступки права требования оплаты от учреждения, о чем последнее было уведомлено. В связи с неисполнением учреждением требования об оплате задолженности за поставленную тепловую энергию общество обратилось в арбитражный суд.

Решением суда первой инстанции иск общества был удовлетворен. Суд счел доказанными наличие задолженности по оплате поставленной тепловой энергии и переход к обществу права требования этого долга. Возражений по существу требования учреждение в суд первой инстанции не представило.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами о переходе права требования и указал, что, исходя из положений п. 7 ст. 448 ГК РФ, п. 13 ст. 14, ст. 95, 103 Закона о контрактной системе в сфере закупок, а также п. 2 ст. 219 Бюджетного кодекса РФ, личность кредитора в спорных правоотношениях имеет существенное значение для должника. Следовательно, договор уступки прав требования является ничтожным.

На основании ст. 166, 167, 382, 388 ГК РФ, а также разъяснений, приведенных в п. 32 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и п. 75 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд отказал в удовлетворении иска. Постановлением суда округа это решение было оставлено без изменения.

Общество обратилось в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой, в которой просило отменить постановления судов апелляционной инстанции и округа и оставить в силе решение суда первой инстанции. Рассмотрев материалы дела и доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ сочла жалобу подлежащей удовлетворению.

Судебная коллегия отметила, что согласно ч. 5 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок при исполнении контракта не допускается перемена поставщика, за исключением случая, если новый поставщик является правопреемником поставщика по такому контракту вследствие реорганизации юридического лица в форме преобразования, слияния или присоединения. Обязанность личного исполнения государственного (муниципального) контракта обусловлена необходимостью обеспечения принципов открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Таким образом, закрепленный п. 7 ст. 448 ГК РФ запрет на перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора, направлен на обеспечение надлежащего исполнения поставщиком основного обязательства и защиту интересов заказчика от возможной уступки прав и обязанностей по контракту в части исполнения обязательств по поставке. Аналогичная позиция отражена в п. 17 Обзора судебной практики применения законодательства РФ о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом ВС РФ 28 июня 2017 г.

При этом, как указал ВС РФ, установленное законодателем ограничение не распространяется на уступку денежного требования, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника. В данном случае права заказчика совершением уступки права требования не нарушаются, условия заключенного с ним контракта не изменяются и на основании ст. 386 ГК РФ учреждение сохраняет право выдвигать возражения против требования нового кредитора.

Верховный Суд указал, что уступкой денежного требования другому лицу поставщик не был изменен, в связи с чем оснований для признания договора цессии не соответствующим требованиям действующего законодательства по указанным апелляционным судом причинам не имелось. Таким образом, апелляционный суд, отменяя решение суда первой инстанции, пришел к неправомерному выводу о ничтожности договора уступки права требования. Иных оснований для отмены решения суда первой инстанции не было установлено.

Старший юрист АБ КИАП, адвокат Илья Дедковский отметил, что в данном деле ВС РФ рассмотрел одну из существующих в судебной практике проблем применения Закона о контрактной системе, а именно: возможна ли уступка права требования оплаты по государственному контракту.

«В рассматриваемом определении ВС РФ указывает, что уступка права требования по государственному контракту возможна, поскольку для государственного заказчика не имеет значения, кому платить за поставленный товар, выполненные работы, оказанные услуги. Однако отдельно обращает внимание на то, что сам поставщик по государственному контракту изменен быть не может, поскольку его личность имеет существенное значение для государственного заказчика. С таким подходом ВС РФ стоит согласиться», – сказал Илья Дедковский.

Партнер, руководитель практики Группы правовых компаний «Интеллект-С» Александр Латыев напомнил, что п. 7 ст. 448 ГК РФ в редакции, действующей с 1 июня 2015 г., запрещает уступку прав по договорам, заключение которых возможно только на торгах. Он отметил, что судебная практика по применению этой статьи разделилась: часть судов считает, что это ограничение не касается прав на получение оплаты от государственного или муниципального заказчика, а часть настаивает на том, что этот пункт запрещает уступку любых прав из таких договоров.

По мнению Александра Латыева, правильной является первая позиция, и ее КЭС уже высказывала в апреле этого года, указав, что целью установления ограничений в п. 7 ст. 448 ГК РФ является обеспечение принципов открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд. По исполнении же лицом, выигравшим торги, своих обязательств эти принципы нарушены быть уже не могут, в связи с чем при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

При этом Александр Латыев отметил, что сформированная Верховным Судом практика сейчас приживается с трудом, из-за чего ему приходится рассматривать по несколько однотипных дел, чтобы обеспечить единообразие правоприменения.

Смотрите так же:  Заявление об изменении способа исполнения судебного акта

Верховный суд: поставщики могут уступать денежные требования к госзаказчикам

Экономическая коллегия Верховного суда разъяснила новую редакцию п. 7 ст. 448 ГК. Она запрещает победителям торгов уступать права и обязанности по государственным и муниципальным контрактам. Но возможна ли «денежная» цессия по фактически выполненным контрактам, когда личность исполнителя уже значения для заказчика не имеет? ВС закрыл этот вопрос со ссылками на цели закона. Теперь рисков для поставщиков будет меньше, считают эксперты.

У администрации Петрозаводского городского округа был муниципальный контракт с ООО «ЛСМ Ленстроймонтаж». До окончания срока его расторгли по соглашению сторон. Затем подрядчик уступил права требования долга по оплате контракта на 11,5 млн руб. обществу «МВМ ГРУПП», которое взыскивало их с администрации в Арбитражном суде Карелии (№ А26-10174/2015). Первая инстанция иск удовлетворила, апелляция и кассация округа в иске отказали.

Разногласия у судов возникли из-за применения п. 7 ст. 448 Гражданского кодекса. Эта норма запрещает победителю торгов «уступать права и осуществлять перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора». Норма вступила в силу 1 июня 2015 года, договор уступки заключили спустя месяц, а значит, сделка ничтожна, рассудила апелляция и окружная кассация. У первой инстанции была другая трактовка: уступлено не право исполнения контракта, а право требовать оплату за уже выполненные и принятые заказчиком работы (что законодательством не запрещено).

Коллегия Верховного суда по экономическим спорам (КЭС) при разрешении спорного вопроса апеллировала к цели принятия нормы. Обязанность личного исполнения государственных и муниципальных контрактов была введена для обеспечения открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок. Таким образом, запрет уступки направлен на обеспечение надлежащего исполнения подрядчиком основного обязательства для защиты интересов заказчика.

А значит, разъяснила КЭС:

. требование об исполнении договора лично победителем торгов означает запрет на передачу им прав и обязанностей при выполнении работ, оказании услуг, поставке или получении имущества.

Предусмотренный пунктом 7 статьи 448 ГК РФ запрет не может быть распространен на уступку победителем торгов денежного требования , поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

Но главное — в этом споре суды в принципе не могли применять п. 7 ст. 448 ГК. Правоотношения возникли из муниципального контракта, заключенного и расторгнутого до вступления в силу этой нормы. В силе осталось решение первой инстанции.

Это дело можно отнести к числу редких примеров, когда суды неоправданно жестко подошли к толкованию положений закона об ограничении уступки прав, считает Роман Зайцев, партнер Dentons: «С позиций целевого толкования закона сложно представить, каким образом уступка подрядчиком права на получение денежных средств могла поставить под угрозу охраняемые общественные интересы». По существу ВС в очередной раз указал на недопустимость формального подхода и необходимость обязательного учета целей законодательного регулирования при толковании положений нормативных актов, обращает внимание Зайцев.

ВС пришел к логичному выводу, что ограничения для победителей торгов нужны, чтобы определенное лицо, отвечающее квалификационным требованиям, исполнило обязательства само, не перекладывая исполнение на третьих лиц, комментирует Артем Кукин, партнер Инфралекс. Требование же к госзаказчику об уплате денег может предъявить уже любое лицо. «Такой подход суда снижает риски поставщиков и подрядчиков по госзакупкам, позволяя им получать от третьих лиц финансирование ранее уплаты денег госзаказчиком», — считает он.

Теперь поставщики смогут смело уступать требования по оплате госконтракта. И как говорит Майя Петрова, партнер Борениус, в некоторых случаях они используют денежную цессию, чтобы избежать возможных негативных последствий в будущем: не попасть в «черный список» и сохранить формально возможность принимать участие в тендерах на размещение заказа в будущем. «Как правило, одним из условий участия в таких тендерах является отсутствие судебных споров между исполнителем и заказчиком», — поясняет она.

При этом суды и раньше уже высказывались о том, что уступка прав по муниципальному или государственному контракту возможна, обращает внимание Майя Петрова, но при определенных обстоятельствах:

  1. на момент заключения договора цессии подрядчик/исполнитель/поставщик уже выполнил работы/оказал услуги/поставил товар;
  2. контракт не содержит запрета на совершение уступки и/или не требует получать отдельное письменное согласие заказчика на нее.

См., например, постановление АС МО от 15.01.2016 г. № Ф05-16919/2015, постановление АС УО от 04.05.2016 № Ф09-3069/16, постановление АС ПО от 15.07.2016 г. № Ф06-10696/2016.

А вот Минфин придерживается запретительного подхода в отношении уступки денежного требования по контракту в любой ситуации (см. письмо Минфина от 06.06.2016 г. № 02-04-06/32553). Мотив — что оплата контракта определяется бюджетным законодательством РФ, которым не регламентирована возможность уступки прав требования по расходным обязательствам публично-правового характера. «Поэтому, конечно, определение КЭС является важным с точки зрения внесения ясности в вопрос», — резюмирует Петрова.

Уступка права требования оплаты по контракту

Вопрос-ответ по теме

Подскажите пожалуйста, заключен договор по 223-ФЗ с организацией. У нее заключены субподрядные договоры с тремя другими организациями, которые выполняют работы на объекте. Возможна ли оплата напрямую субподрядным организациям?

Как работать с электронными торговыми площадками

Оксана Баландина, шеф-редактор Системы Госзаказ

С 1 июля 2018 года по 1 января 2019 года у заказчиков переходный период – разрешено проводить и электронные, и бумажные процедуры. С 2019 года конкурсы, аукционы, котировки и запросы предложений на бумаге запретят, кроме восьми исключений.
Читайте, какие закупки проводить на ЭТП, как выбрать площадку и получить электронную подпись, по каким правилам заключать контракты в переходный период и после.

Исходя из разъяснений Минэкономразвития России данная возможность в рамках Закона № 223-ФЗ не допустима.

В письме Минэкономразвития России от 03.05.2017 № ОГ-Д28-5996 отражена следующая позиция: в случае если заказчиком в положении о закупке, принятым во исполнение Закона № 223-ФЗ, предусмотрен способ проведения закупки в форме торгов (конкурс или аукцион), то согласно вышеперечисленным нормам законодательства Российской Федерации победитель закупки, проведенной указанным способом, не вправе по договору цессии уступать права и осуществлять перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора.

Смотрите так же:  Оформить визу в австралию

Иной подход в рамках Закона о контрактной системе.

Исполнителям разрешили уступать право требовать оплату по госконтракту

Победитель торгов вправе уступить третьему лицу право требовать оплату по госконтракту. Изменения внесли в часть 7 статьи 448 Гражданского кодекса РФ.

Напомним, что победители торгов не вправе уступать права и переводить долги по обязательствам договора. Ранее Верховный суд определил, что это правило не касается уступки денежного требования. Заказчик оплачивает обязательства по контракту, а личность кредитора для него несущественна.

ВС РФ разрешил покупку долга по 44-ФЗ

Компания заключила госконтракт. Затем она заключила договор цессии, по которому уступила право истребовать задолженность, штрафы и пени с госзаказчика. Суды решили, что покупка долга по 44-ФЗ невозможна, но ВС РФ пересмотрел итоги дела.

О договорах цессии по 44-ФЗ есть немало споров. Суды отказывают в удовлетворении исков, когда речь идет об уступке права по госконтракту. Поставщики не вправе переуступать свои обязательства третьим лицам (ст. 95 закона о контрактной системе). Однако споры о цессии и госконтракте касаются не только передачи обязательств. Заказчики оспаривают покупку долга по 44-ФЗ.

Между частной компанией и госзаказчиком состоялся спор о правомочности уступки права требования по госконтракту. Компания заключила контракт и выполнила часть работ, затем заказчик подписал соглашение о расторжении контракта. В соглашении указали, какие работы выполнила компания, подтвердили обязанность заказчика оплатить их и указали стоимость. Но компания оформила уступку права по госконтракту, и цессионарий потребовал от госзаказчика выплат. Заказчик отказался, цессионарий подал иск о взыскании долга по госконтракту .

Суд первой инстанции признал действительным договор цессии по 44-ФЗ

Первая инстанция согласилась с требованиями цессионария. Суд посчитал: поскольку есть доказательства выполнения работ и просрочки оплаты, заказчик должен выплатить цессионарию указанные суммы. Ответчик ссылался на п. 7 ст. 448 ГК РФ, но суд отклонил возражение.

По мнению первой инстанции, покупка долга по 44-ФЗ правомочна. Уступили не обязательства поставщика, а его право взыскать долг. Сам факт долга заказчик признал. Суд указал, что в гражданском или бюджетном законодательств нет прямых запретов на цессию по госконтракту, если речь идет о смене кредитора уже после выполнения работ.

Апелляция и кассация не допустили уступку права по госконтракту

Ответчик подал апелляционную жалобу. Вторая инстанция не согласилась с решением первой. По ее мнению, норма п. 7 ст. 448 ГК РФ является императивной и распространяется на любые варианты договоров цессии по 44-ФЗ. Апелляция указала, что при заключении соглашения цедент и цессионарий знали об ограничениях в законе, когда оформляли уступку права требования по госконтракту. Следовательно, эта сделка является ничтожной на основании положений п. 2 ст. 168 ГК РФ.

Кассация указала, что долг по госконтракту нельзя передать до окончания действия договора

Цессионарий направил жалобу в кассационную инстанцию. Но суд округа поддержал апелляцию. Кассация обратила внимание, что уступку права требования по госконтракту оформили до того, как расторгли контракт. В этот момент еще действовал запрет п. 7 ст. 448 ГК РФ. Таким образом, совершить цессию по государственному контракту было нельзя.

Уступка права требования по госконтракту возможна

Дело попало на рассмотрение в ВС РФ. Верховный суд не согласился с выводами апелляции и кассации. Суд подчеркнул несколько моментов:

  1. Нормы Гражданского кодекса не применяют к договорам, которые заключили до введения норм (пп 82, 83 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7). Положения п. 7 ст. 448 включили в ГК с 1 июня 2015 года. А спорный контракт заключили, исполнили и расторгли до этой даты.
  2. Апелляция и кассация неверно истолковали норму, на которую сослались. Запрет касается передачи обязательств по контракту третьим лицам. Однако он не может распространяться на взыскание долга по госконтракту. в данном случае личность кредитора для должника не имеет существенного значения.
  3. Суд округа ошибся в выводе по поводу уступки права по госконтракту до его прекращения. Следовало учесть, что стороны подписали соглашение, которым прекратили действие контракта. Поставщик больше не был должен лично исполнять обязательства. Не было препятствий к тому, чтобы заключить договор цессии по 44-ФЗ.

Верховный суд подтвердил действительность покупки долга по 44-ФЗ. Суд отменил акты апелляции и кассации и оставил в силе первоначальное решение суда (определение ВС РФ от 20.04.2017 по делу № А26-10174/2015).