Словарик армейских терминов и понятий

И снова всем привет. Решил составить небольшой словарик армейского сленга и определений, основанный на своей службе. Подобные понятия существовали во время моей службы, и скорее всего, многие существуют сейчас. Разумеется, в разных родах войск и даже соседних частях может быть свой сленг, но так или иначе он будет похож или перекликаться. Буду рад расширению словарика в комментариях, чем больше будет база, тем проще будет призывнику. Ведь если ты хоть немного соображаешь во внутренней кухне нашей армады – тебе уже проще. Словарик не в алфавитном порядке, я в запасе с 2006 года, и за 8 лет перфекционизм из меня уже выветрился.
Итак, погнали.
«Запах» – как я уже писал, молодой солдат, который ещё не принял присягу.
«Дух» – молодой солдат, который принял присягу. Я не знаю, как выглядит система «рангов» сейчас, я служил два года, и духанка продолжалась с момента принятия присяги до ухода дедов в запас – то есть до года службы.
«Дед» – в мое время это был солдат, срок службы которого на год превышает срок службы молодого пополнения, уже принявшего присягу. После выхода «приказа» становится «дембелем». Сейчас, подозреваю, что ранг «дед» появляется уже через полгода службы
«100 дней до приказа» — да, до того самого приказа об увольнении в запас. Часто сопряжено с какими-нибудь армейскими традициями. Например, в моей части все сто дней деду нельзя было есть масло. Масло должно было отдаваться духу, который в обмен на это масло каждый вечер перед отбоем должен был дать деду одну сигарету топовой марки, на которой написано количество дней, оставшихся до выхода приказа.
«слон», «полугодок» — раньше это был солдат, отслуживший полгода – до следующего призыва. Существовала традиция перевода в слоны – 6 ударов по заднице армейским ремнем. В туалете, как правило. Получив ремня, свежеиспеченный слон немедленно падал задницей на кафельную плитку, она холодная, облегчала страдания. Традиция рудиментарная, соблюдалась у нас в части нерегулярно, но случаи бывали.
«черпак» — солдат отслуживший год. В чем отличие от «деда»? В том, что у черпака ещё нет духов. Они появятся только после того, как «запахи» примут присягу. Да, 12 ударов по заднице ремнем. Да, снова кафель.
«Дембель» — старослужащий, с момента выхода приказа министерства обороны об увольнении в запас отслуживших и новом призыве, до непосредственно увольнения в запас. Не думаю, что сейчас что-то изменилось. Поправьте если что в комментариях. 18 ударов по заднице. Тонкой ниткой с иголкой на конце. Дед лежит при этом на кровати. Один дух наносит удары, остальные голосят «помогите, дедушке больно»
«Дедовщина» — неформальный, антиуставной уклад в армии. Главенство старшего призыва над младшим при равенстве воинских званий. Узаконен, между прочим, в ряде стран мира. В США, например. Не путайте с «духанкой», это разные вещи.
«Духанка» — в классическом варианте – практически ролевая игра между старшим и младшим призывом. Участвуют «духи» и «деды». Духи выполняют определенные поручения дедов, улучшающие комфорт их службы. Взамен получают определенные привилегии – не направляются на тяжелые грязные работы, живут не по уставу, получают послабления по форме одежды (например, могут расстегивать верхнюю пуговицу кителя в расположении, что в принципе обычно не положено). Разумеется, при офицерах ведет себя на общих основаниях. Классическая духанка не унизительна, никто нижнее белье стирать не заставляет при выполнении задач, поставленных дедом. Унижать могут в случае их невыполнения, в качестве наказания.

«Родить» — добыть любым путем что-то. Существует солдатская поговорка – женщина может родить только ребенка — солдат может родить все. Самое убийственное, что я видел – это когда дух притащил откуда-то в роту новый керамический умывальник взамен старого разбитого. Через полчаса после того, как ему дед-старшина роты приказал его родить. Откуда – так никто и не узнал. В других ротах ничего не пропадало. В мою службу типичные роды – это принести дедушке пожрать неуставной пищи, которую он заказал (хочу пельмени и майонез на обед), пачку хороших сигарет, найти гражданскую одежду для похода в увольнение или в СОЧ.
«С*издили» — в армии нет такого слова. Есть слово «про*бал». Если у тебя что-то пропало — виноват только ты сам в любом случае. Попытка использовать пропажу в качестве оправдания ведет к ужесточению наказания. Ну, а фигли, солдат должен быть находчив и смел)
«Нееб*т»- самая главная команда в армии (по словам моего офицера). Означает, что ты должен выполнить задачу любой ценой и как хочешь. Столкнулся, когда мой кэп велел мне сделать один отчет. Когда я спросил как я буду делать это, если ничего вообще в этом не сообращаю, последовал болезненный тычок кулаком в бок и ласковое объяснение определения. Отчёт, кстати, сделал. Команда работает.
СОЧ – самовольное отлучение из части. Подался в СОЧи – свалил за забор. Объективно – относится к любому выходу за КПП без разрешающих документов. На деле – как правило используется только когда солдат сбегает с части конкретно.
«Мамлей» — младший лейтенант. Готовятся из изъявивших желание срочников или контрактников в школе младших лейтенантов. Единственная возможность стать офицером без высшего образования для простого смертного.
«Первый пост» — вооруженная охрана Знамени Части. С автоматом, да. Патроны даже могут дать. Караульный солдат стоит до своей смены (обычно 2 час) на небольшой возвышенности около знамени. Нельзя облокачиваться об стенку. В идеале – стоишь как кремлевский часовой.
«Второй пост» — вооруженная охрана на вышке складов со жратвой и амуницией разнообразной. Тут караульный имеет право разговаривать с посещающим охраняемую территорию. И имеет право убить любое лицо, которое заходит на территорию поста. На самом деле все очень серьезно. Если ночью пьяный офицер на оклик «стой кто идет», а потом «стой, стрелять буду» все равно лезет на пост, а из-за темноты ты не понимаешь, кто это вообще – можно стрелять на поражение. За это могут даже наградить, кстати. Известны случаи.
«Губа» — гауптвахта, тут все просто.
«Шакал» — офицер.
«Выставить фишку» — поставить солдата на шухер. «Фишка» должна вовремя предупредить о приближении офицера, например.
«Щемить» — спать
«Точить» — принимать пищу.
«Нехват» — ощущение вечного голода. Как правило у молодняка. «Еб*т нехват» — фактически жадное пожирание.
«Кантик» — квинтэссенция военного перфекционизма. Ровная линия всего. Даже на затылке должен быть кантик. Ярко выраженный.
«Ровнять по нитке» — ещё одно проявление армейского перфекционизма. При заправках кроватей, например, у армейских одеял есть три полоски. Так вот – во всем ряду коек эти полоски должны быть на одном уровне. Для этого между первой и последней койкой натягивают нитку и заправляют по ней.
«Отбить подушку» — снова в деле перфекционизм. С помощью рук или двух дощечек солдат должен добиться, чтобы его подушка стала параллелепипедом.
«Трусить одеяла» — 100 человек в субботу на улице разбиваются по парам и берут армейское одеяло. Одновременным резким взмахом рук вверх, а потом вниз добиваются того, что с хлопком из одеяла вылетает огромное количество пыли. Иногда от усердия одеяло лопается, солдат падает, могут и оба упасть)
Пока всё, больше нет времени сейчас продолжать, список на этом не заканчивается, конечно) Будет время и желание — допишу ещё
Ещё раз хочу отметить, что определения могут отличатся в разных частях и родах войск.

«Ни шагу назад»: как приказ Сталина повлиял на ход Великой Отечественной войны

Приказ №227 был зачитан всем подразделениям Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА) в период крупномасштабного наступления фашистов. Осенью 1941 года ценой неимоверных усилий советские войска остановили немцев. Но контрнаступление под Москвой захлебнулось, и нацисты вновь достигли значительных успехов на фронте.

К июлю 1942 года гитлеровцы заняли всю Прибалтику, Белоруссию, Украину, Крым и часть западных регионов РСФСР. Вермахт намеревался захватить Кавказ, чтобы отрезать юг страны от её центральной части. За 13 месяцев войны СССР лишился сельскохозяйственной житницы и территорий, где располагалось около половины экономического потенциала страны.

За линией фронта оказались мощности, добывавшие 70% угля, чугуна и стали. В оккупированных регионах до войны проживали более 70 млн граждан, там находилось 40% всех железных дорог. Потеря такой ресурсной базы грозило обернуться катастрофой для армии и мирного населения.

Отступать некуда

В приказе №227, который составил народный комиссар обороны СССР Иосиф Сталин, правдиво излагается сложившаяся на фронте ситуация: «Бои идут в районе Воронежа, на Дону, на юге у ворот Северного Кавказа. Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят любой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами».

Сталин заявил, что, «идя за паникёрами», некоторые части РККА оставили Ростов и Новочеркасск «без серьёзного сопротивления и без приказа Москвы, покрыв свои знамёна позором». Нарком обороны раскритиковал пораженческие настроения в войсках и разговоры о том, что армия ещё может отступать под натиском врага.

«Некоторые неумные люди на фронте утешают себя разговорами о том, что мы можем и дальше отступать на восток, так как у нас много территории, много земли, много населения, и что хлеба у нас всегда будет в избытке… Но такие разговоры являются насквозь фальшивыми и лживыми, выгодными лишь нашим врагам», — подчеркнул Сталин.

Нарком обороны достаточно эмоционально оценил действия РККА. По его мнению, народ стал разочаровываться в боеспособности советских солдат. Многие граждане якобы «проклинают» Красную армию «за то, что она отдаёт наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток».

Устами Сталина советская пропаганда впервые достаточно откровенно рассказала о тяжелейших потерях и проблеме дезертирства. Кроме того, нарком обороны признал преимущество противника в живой силе и экономических ресурсах. В то же время, чтобы воодушевить армию, Сталин отметил, что «немцы не так сильны, как это кажется паникёрам».

«Отступать дальше — значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину. Каждый новый клочок оставленной нами территории будет всемерно усиливать врага и всемерно ослаблять нашу оборону, нашу Родину… Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш главный призыв», — говорится в приказе.

Смотрите так же:  Сайт трансаэро возврат билетов

Штрафбаты и заградотряды

В связи с нависшей над страной катастрофой и распространявшимися пораженческими настроениями Сталин распорядился ввести чрезвычайные меры для создания железной дисциплины в войсках. Отсутствие строжайшего порядка, как считал нарком обороны, является главным недостатком РККА и мешает ей отбросить врага на запад.

Всех солдат и офицеров, оставивших позиции без приказа командования, Сталин объявлял предателями, то есть подлежащими суду или расстрелу. Согласно документу, командиры армий, допустившие отход войск, должны предстать перед военным трибуналом.

Также в пределах фронта в зависимости от обстановки могли формироваться от одного до трёх штрафных батальонов (по 800 человек). В эти подразделения направлялись средние и старшие командиры, а также политработники, которые были уличены «в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости».

Солдатские чины и младшие офицеры «искупали кровью свои преступления» в штрафных ротах. В пределах армии формировалось от пяти до десяти рот по 150—200 человек в каждой.

Для повышения дисциплины на поле боя в каждой армии создавалось от одного до пяти хорошо вооружённых заградительных отрядов (до 200 человек в каждом). Карательные подразделения размещались «в непосредственном тылу неустойчивых дивизий». В их обязанности входил расстрел на месте «паникёров и трусов».

Приказ №227 был зачитан во всех ротах, эскадронах, батареях, эскадрильях, командах и штабах, хотя до 1988 года его текст нигде не публиковался. Формально документ действовал до окончания войны, но фактически заградотряды были распущены 29 октября 1944 года.

Поднять моральный дух

Репрессивные меры, предусмотренные приказом №227, имели двойственный эффект. Будучи главой Ставки главного командования, Сталин де-факто стал единственным человеком в СССР, который имел право отдать распоряжение об отходе войск.

С одной стороны, приказ «Ни шагу назад» объективно уменьшал вероятность отступления на участках фронта, которые можно было удержать. С другой — столь жёсткие рамки снижали манёвренность РККА. Любая переброска или перегруппировка войск могла трактоваться надзорными органами как предательство.

Несмотря на призыв и угрозу расстрела, летом и осенью 1942 года советские войска продолжили отступать. Но продвижение врага существенно замедлилось. В сутки немецкие войска захватывали лишь несколько сотен или десятков метров советской земли, а на отдельных участках РККА пыталась наносить контрудары.

В октябре 1942 года гитлеровская армия завязла в боях за Сталинград и в конце января 1943 года потерпела самое крупное поражение за всю историю Второй мировой войны, потеряв более миллиона человек. После разгрома врага на берегах Волги и на Курской дуге (летом 1943 года) СССР перешёл в масштабное наступление.

Председатель Научного совета Российского военно-исторического общества (РВИО) Михаил Мягков убеждён, что приказ №227 имел в большей степени моральный эффект.

«Сталин честно рассказал о громадном преимуществе врага и о том, что, несмотря на все трудности, его действительно можно побеждать. Это был переломный момент для боевого духа Красной армии», — пояснил Мягков в беседе с RT.

Вывод эксперта подтверждают воспоминания ветеранов. В частности, участник Великой Отечественной войны, бывший связист Константин Михайлович Шаров в 2013 году заявил следующее: «Правильный приказ был. В 1942 году началось колоссальное отступление, даже бегство. Моральный дух войск упал. Так что приказ №227 не зря вышел. Он же вышел после того, как Ростов оставили, а вот если бы Ростов стоял так же, как Сталинград…»

Мифы о штрафниках

Самые жаркие дебаты в отечественной историографии вызывают распоряжения Сталина создать штрафные подразделения и заградительные отряды. Эта тема широко освещена в российской и зарубежной массовой культуре.

С августа 1942 года было сформировано 65 штрафных батальонов и 1048 штрафных рот. Штрафников отправляли «искупать вину» на самые сложные участки фронта. Потери в таких подразделениях в несколько раз превышали средние показатели в обычных частях Красной армии.

Генерал-полковник в отставке, профессор Академии военных наук Григорий Кривошеев подсчитал, что через военные суды прошли 994,3 тыс. военнослужащих РККА, а в штрафные подразделения были отправлены 422 тыс. человек.

Однако вклад штрафников в разгром нацистской Германии нередко преувеличивается. С учётом общего количества призванных на службу граждан в период Великой Отечественной войны доля штрафников не превышала 1%. На линии фронта доля штрафников была выше и составляла примерно 3—4%.

По словам Мягкова, штрафные батальоны, где служили офицеры, были хорошо подготовленными и вооружёнными подразделениями, входившими в состав регулярной армии и управлявшимися командирами-нештрафниками. Воевавшие в этих батальонах получали точно такое же продовольственное и материально-техническое снабжение, как и остальные военнослужащие.

«Подвиг штрафников также бессмертен, как и всей Красной армии. Однако на их участии в боях с немцами делается слишком большой акцент. Распространяются мифы и ложные сведения. Доходит до того, что якобы и дети воевали в особых штрафных подразделениях. Всё это не имеет никакого отношения к реальности», — подчеркнул Мягков.

Как полагает эксперт, цель подобных манипуляций состоит в том, чтобы дискредитировать победу над коварным и мощным противником.

«Людей в Красной армии берегли, понимая, что именно кадры куют победу. Поэтому история с заградотрядами также раздута. Я не видел ни одного документа, где говорилось бы о расстреле отступающих солдат. Да и мало кто помнит, что первые заградотряды создал Гитлер», — резюмировал Мягков.

Сто дней до приказа

  • Жанры : Драма
  • Год создания : 1990
  • Режиссёр : Хусейн Эркенов
  • Дата выхода в РФ : 1 февраля 1991
  • Страна : СССР
  • Студия : Киностудия им. М.Горького
  • Продолжительность : 71 мин.

Актёры и команда 10

Социально-психологическая драма Хусейна Эркенова, поставленная по мотивам одноименной повести Юрия Полякова.

Съемочная группа фильма Сто дней до приказа / Sto dnei do prikaza

Режиссер: Хусейн Эркенов
Авторы сценария: Владимир Холодов, Юрий Поляков (повесть)
В ролях: Владимир Заманский, Армен Джигарханян, Олег Васильков, Роман Греков, Валерий Трошин, Александр Числов, Михаил Соломатин, Сергей Романцев, Сергей Быстрицкий, Елена Кондулайнен и другие
Оператор: Владислав Меньшиков

Сюжет фильма Сто дней до приказа / Sto dnei do prikaza

В одной из воинских частей Советской Армии один за другим погибают рядовые, и за каждым несчастным случаем стоит факт проявления неуставных отношений.

Цепь трагических событий заставляет командира части (Армен Джигарханян) начать выяснение причин смерти молодых солдат.

История создания фильма Сто дней до приказа / Sto dnei do prikaza

Лента стала дебютом в большом кино недавнего выпускника режиссерского факультета ВГИКа Хусейна Эркенова. Первую известность принесла Эркенову его дипломная работа — короткометражка «Колька«, отмеченная «Серебряным медведем» на МКФ в Бильбао (Испания), гран-при Фестиваля студенческих фильмов в Москве, призами за лучший сценарий и за режиссуру на МКФ в Бабельсберге (ГДР) и призом за лучший фильм на кинофестивале в Свердловске.

В 2014 году Эркенов привлек к себе внимание скандалом, связанным с отказом министерства культуры выдать прокатное удостоверение фильму режиссера «Приказано забыть«. Причина отказа заключалась в том, что сюжет ленты основывается на данных из сомнительных источников и повествует о якобы имевшем место в ходе насильственной депортации чеченцев и ингушей в 1944 году сожжении войсками НКВД семисот человек в ауле Хайбах.

За основу сценария картины была взята повесть Юрия Полякова «Сто дней до приказа«, посвященная проблемам неуставных отношений в Советской Армии. Повесть была опубликована в 1987 году в журнале «Юность» и вызвала большой общественный резонанс затронутой в ней темой армейской «дедовщины». По этой же причине «Сто дней до приказа«, написанные еще в начале 1980-х годов, долго не могли дойти до читателя — повесть не разрешала печатать военная цензура.

Запрет был снят лишь после того, как 28 мая 1987 года на Красной площади приземлился немецкий пилот-любитель Матиас Руст (Mathias Rust), которому удалось избежать перехвата советскими войсками ПВО. Главный редактор «Юности» поэт Андрей Дементьев в очередной раз позвонил в Министерство обороны СССР и, услышав привычное: «Не пропустим!», сказал в ответ: «Лучше бы вы Руста не пропустили!» После этого разговора произведение было напечатано.

«Сто дней до приказа«, как и вышедшая двумя годами ранее повесть «ЧП районного масштаба» принесли Полякову широкую известность и стали своеобразными символами «перестройки».

Фильм Хусейна Эркенова, кроме негативного отношения к ней со стороны минобороны, имел мало общего с книгой Полякова, о чем писатель неоднократно говорил в своих интервью:

Участие в фильме «Сто дней до приказа«, а точнее в откровенных сценах, принесло Елене Кондулайнен широкую известность и титул первого секс-символа Советского Союза. Скандальная слава во многом определила дальнейшую карьеру актрисы: Кондулайнен снялась в нескольких эротических картинах («Болотная стрит, или Средство против секса«, «Дафнис и Хлоя«), в качестве члена жюри принимала участие в конкурсе «Мисс грудь«, учредила Партию любви, а ее официальный сайт имеет доменное имя www.sex-simvol.ru.

Интересные факты о фильме Сто дней до приказа / Sto dnei do prikaza

— «Сто дней до приказа» принято считать первым фильмом, в котором Елена Кондулайнен снялась обнаженной. На самом деле у актрисы еще раньше были откровенные сцены в картинах «Фламинго приносит счастье«, «Две версии одного столкновения«, «Правда лейтенанта Климова«.
— Одну из ролей сыграл Павел Степанов, широкую известность которому принесли роли, сыгранные актером в киножурнале «Ералаш«.
— Единственный показ фильма на Центральном Телевидении состоялся в 1996 году.

«Наркомовские 100 грамм». Как алкоголь повлиял на исход войны

25 августа 1941 года был подписан приказ № 0320 «О выдаче военнослужащим передовой линии действующей армии водки по 100 граммов в день».

В разговорах о Великой Отечественной войне наравне с танком Т-34 и штурмовиком Ил-2 регулярно всплывают так называемые «наркомовские 100 грамм».

Одни называют алкогольное довольствие бойцов Красной Армии одним из атрибутов Великой Победы, другие полагают, что оно стало причиной губительного пристрастия даже не одного, а нескольких поколений советских мужчин.

Но как обстояло дело в действительности? Откуда появились пресловутые «наркомовские 100 грамм» и какую роль они сыграли в войне?

Чарка от Петра Великого

История снабжения солдат спиртным началась задолго до большевиков. Ещё при Петре I была введена выдача солдатам порций «хлебного вина».

Традиция оказалось весьма устойчивой: с конца XVIII века и вплоть до 1908 года строевым нижним чинам русской армии в военное время полагалось 3 чарки «хлебного вина» в неделю, нестроевым — 2 чарки. Объём одной чарки составлял 160 грамм. В мирное время водка выдавалась солдатам по праздникам, но не менее 15 чарок в год. Плюс каждый командир имел право «наливать» своим подчинённым «для поддержания здоровья»: как правило, под этим подразумевалось проведение занятий и парадов в холодное время года или в условиях ненастья.

Аналогичная ситуация была и на русском флоте. С той лишь разницей, что пили там больше. Морской устав Петра I предписывал матросу 4 чарки водки в неделю, а начиная с 1761 года дозу увеличили до одной чарки ежедневно.

Время «сухого закона»

В последней четверти XIX века бунт подняли русские медики. В условиях изменения набора в армию с рекрутского на всеобщую воинскую повинность они обнаружили, что молодые выходцы из крестьянских семей, на «гражданке» не употреблявшие спиртного, домой возвращаются уже с приобретённой вредной привычкой.

Смотрите так же:  Ходатайство об отложении слушания дела в связи с

Рекомендация медиков была однозначной: выдачу водки в армии прекратить. А вот русский генералитет с этим был не согласен, полагая, что выдаваемая доза водки незначительна и не может привести к тяжёлым последствиям.

Но в 1908 году, подведя итоги поражения в русско-японской войне, одной из причин которого было названо злоупотребление алкоголем среди солдат и офицеров, военное ведомство России приняло решение о прекращении выдачи алкоголя в армии. Кроме того, была запрещена продажа крепких спиртных напитков в солдатских буфетах.

Нарком попросил для «сугреву»

Пауза в отношениях алкоголя и армии растянулась на 32 года. Вспомнили о водке в разгар советско-финской войны 1939/1940 годов. Красная армия несла тяжёлые потери не только от действий финских диверсантов, но и от простуд, переохлаждений и обморожений. Народный комиссар обороны СССР Климент Ворошилов, ломая голову над тем, как решить проблему, вспомнил о традиции «выпить для сугреву».

В январе 1940 года Ворошилов обрашается к Сталину просьбой выдавать бойцам и командирам РККА по 100 грамм водки и 50 грамм сала в день ввиду тяжёлых погодных условий. Вождь предложение утвердил, и выдача спиртного началась. При этом норма для танкистов была увеличена вдвое, а лётчикам разрешили выдавать 100 грамм коньяка.

Именно тогда выдаваемое сало получило название «ворошиловский паёк», а водка — «наркомовские 100 грамм». Выдача алкоголя в РККА была прекращена вместе с окончанием боевых действий.

Фронтовые граммы

Опыт финской кампании решили повторить летом 1941 года. Теперь вместо морозов была тяжелейшая обстановка на фронтах, когда солдатам приходилось выдерживать мощнейший натиск немецкой военной машины.

22 августа 1941 года Иосиф Сталин подписывает секретное постановление Государственного комитета обороны (ГКО):

«№ ГКО-562с „О введении водки на снабжение в действующей Красной Армии“.

Установить, начиная с 1 сентября 1941 года, выдачу 40° водки в количестве 100 граммов в день на человека красноармейцу и начальствующему составу войск первой линии действующей армии.

Председатель Государственного Комитета Обороны И. Сталин».

25 августа 1941 года заместитель наркома обороны генерал-лейтенант Андрей Хрулёв подписывает приказ № 0320 «О выдаче военнослужащим передовой линии действующей армии водки по 100 граммов в день». Наравне с бойцами, сражающимися на передовой, водку должны получать лётчики, выполняющие боевые задания, а также инженерно-технический состав аэродромов действующей армии.

Правила употребления: кому и сколько разрешалось

Спаивать армию никто не собирался. Советское руководство за ситуацией следило внимательно и несколько раз в течение войны возвращалось к этой теме.

С 6 июня 1942 года новым постановлением Верховного главнокомандующего массовая выдача водки в Красной армии была прекращена. Сталин сам внёс правки в проект постановления, подготовленный ещё 11 мая. Теперь водку получали только те военнослужащие, кто участвовал в наступательных операциях. Остальным водка полагалась только по праздникам. В число таковых входили революционные и общественные торжественные дни: годовщина Великой Октябрьской социалистической революции (7 и 8 ноября), день Конституции (5 декабря), день Нового года (1 января), день Красной армии (23 февраля), дни Международного праздника трудящихся (1 и 2 мая), Всесоюзный день физкультурника (19 июля), Всесоюзный день авиации (16 августа), день полкового праздника (сформирования части).

30 апреля 1943 года вышло постановление ГКО № 3272 «О порядке выдачи водки войскам действующей армии»:

«1. Прекратить с 3 мая 1943 года массовую ежедневную выдачу водки личному составу войск действующей армии.

2. Выдачу водки по 100 граммов в сутки на человека производить военнослужащим только тех частей передовой линии, которые ведут наступательные операции, причём определение того, каким именно армиям и соединениям выдавать водку, возлагается на военные советы фронтов и отдельных армий.

3. Всем остальным военнослужащим действующей армии выдачу водки в размере 100 граммов на человека в сутки производить в дни революционных и общественных праздников».

Данная норма просуществовала вплоть до 1945 года. После победы над Германией и милитаристской Японией выдача алкоголя в Советской армии была прекращена.

В «привилегированном» положении остались лишь экипажи атомных подводных лодок, которым во время боевых походов алкоголь выдавался в виде сухого вина в количестве 100 грамм в день.

На пользу или во вред — ясности нет

Среди ветеранов, прошедших войну, к «наркомовским 100 граммам» отношение разное. Одни считали, что такая доза действительно помогала снять стресс и притупить чувство страха, другие полагали, что ничего хорошего водка не принесла. Пить, к слову, никто не заставлял. Число тех, кто за время войны не пристрастился ни к табаку, ни к водке, весьма значительно.

Жёсткий контроль и неоднократное изменение правил выдачи алкоголя в сторону ужесточения показывают, что в успехи «пьяной армии» Кремль не верил.

Как и царские генералы, советские полководцы полагали, что главная проблема не в «наркомовских 100 граммах», а в попытках некоторых солдат и офицеров добиться «продолжения банкета».

В начале войны, в период тяжёлых потерь Красной армии, военнослужащие получали спиртное на списочный состав подразделения, деля между живыми порции алкоголя, предназначавшиеся погибшим. А в завершающей фазе войны головной болью для командования стали большие объёмы «трофейного» алкоголя, захваченного у немцев, а также подарочный алкоголь, который преподносили советским солдатам благодарные жители освобождённых городов и сёл.

Злоупотребление алкоголем каралось безжалостно: офицер, уличённый в пьянстве, рисковал понижением в звании, а то и вовсе концом карьеры. Другой вопрос, что даже такие строгие меры останавливали не всех. Медики до сих пор не могут сойтись во мнении начёт того, спасали ли «наркомовские 100 грамм» от стресса и перегрузок или же формировали алкогольную зависимость.

Но со всей определённостью можно сказать, что истории о «100 граммах» как о факторе Победы не более правдивы, чем утверждения, что вермахт разбили не Жуков с Рокоссовским, а «генерал Мороз».

Как «наркомовские 100 грамм» помогали воевать

«Водка не роскошь, а гигиена!»

На войне абсолютных трезвенников не бывает. «Я не пробовал этого зелья до зимы 1942 года, — пишет Н. Никулин, находившийся на службе в Красной армии с ноября 1941 г., — пока нужда не заставила. Морозным днем я провалился в замерзшую воронку и оказался по грудь в ледяной воде. Переодеться было не во что и негде. Спас меня старшина. Он выдал мне сухое белье (гимнастерку, шинель и ватник кое-как просушили у костра), натер меня водкой и дал стакан водки внутрь, приговаривая: «Водка не роскошь, а гигиена!»». В обилии подобных историй спиртное фигурирует именно как «спасение», ибо рассказчикам известно, что не для каждого замерзающего солдата находились в критический момент «костер, сухое белье или старшина с водкой» 1 .

Фронтовики солидарны в том, что «водка в бою, при физическом и эмоциональном перенапряжении — что лекарство от сильнейших стрессов». А.В. Пыльцын, прошедший войну командиром стрелкового взвода и роты в составе офицерского штрафного батальона 1-го Белорусского фронта, отмечал, что при выдаче спиртного учитывались боевая обстановка и физическое состояние военнослужащих. Вспоминая об участии своего батальона в операции «Багратион», он писал, что ввиду сильного переутомления и трех бессонных ночей, прошедших с начала наступления, командному составу было передано распоряжение комбата разъяснить бойцам, почему не была выдана наркомовская «сотка» водки перед обедом. «Дело в том, что даже эти 100 граммов алкоголя могли усугубить физическое состояние, если их принять на совсем уж пустой желудок и при такой степени усталости. Поэтому водку всем нам выдали только перед тем, как снова поступила команда «вперед»». Пили из кружек, которые наполнялись из стандартных поллитровок, выдаваемых из расчета одна на 5 человек 2 .

Кому и сколько — решал приказ

Введение спиртного в ежедневное снабжение личного состава на передовой произошло вскоре после начала войны. Постановление Государственного комитета обороны (ГКО) СССР N 562 «О введении водки на снабжение в действующей Красной армии» от 22 августа 1941 г. устанавливало, начиная с 1 сентября 1941 г., выдачу 40-градусной водки в количестве 100 граммов в день на человека красноармейцам и начальствующему составу первой линии действующей армии (Приказ наркомата обороны (НКО) СССР N 0320 от 25 августа 1941 г.). Критерии отпуска водки на протяжении войны менялись. В 1942-1943 гг. было принято несколько постановлений ГКО СССР и приказов НКО СССР, регламентировавших более жесткий порядок выдачи водки в действующей армии и направленных против злоупотреблений в ее распределении.

Так, 11 мая 1942 г. ГКО приказал с 15 мая приостановить массовую ежедневную выдачу водки (приказ НКО СССР N 0373 от 12 мая 1942 г.). Ежедневная выдача была сохранена только для военнослужащих частей передовой линии, которые имели успехи в боевых действиях, к тому же их норма увеличивалась до 200 граммов водки на человека в день. Все остальные военнослужащие передовой линии имели право на 100 граммов в революционные и общенародные праздники. 12 ноября 1942 г. постановлением ГКО N 2507 по 100 граммов водки на человека в сутки полагалось частям, ведущим непосредственные боевые действия (приказ НКО СССР N 0883 от 13 ноября 1942 г.). По 50 граммов полагалось частям резерва, обеспечения, выполняющим ответственные задачи, раненым (по указанию врачей). Сохранялась выдача всем военнослужащим 100 граммов водки в праздничные дни. На Закавказском фронте вместо водки было приказано выдавать 200 граммов крепленого вина или 300 граммов столового вина. Приказ НКО СССР N 0323 от 2 мая 1943 г. определил водочный рацион 100 граммов в сутки на человека военнослужащим только тех частей передовой линии, которые ведут наступательные операции. Всем остальным военнослужащим действующей армии выдача водки в размере 100 граммов производилась только в дни революционных и общественных праздников 3 .

«Здесь непьющих нет, но нет и пьянствующих. «

В переписке с домашними военнослужащие довольно часто высказывались на тему употребления алкоголя, обычно сообщая, что не злоупотребляют. Старший лейтенант А.В. Перштейн, 1923 года рождения, специально подчеркивал в письме родителям, что в праздник 7 ноября «выпил не больше 50 гр. для аппетита (вообще, не думаю привыкать пить водку)» 4 . Рядовой В.Н. Цоглин, 1925 года рождения, писал матери, что не курит, «а 200 гр. — это другое дело». «Хотя я часто ребятам отдаю, но иногда выпить необходимо для поднятия духа. После этого что-то горячее по жилам разбегается. После этого больше делаешь и меньше думаешь. Здесь это необходимо» 5 .

И все-таки жены и матери серьезно опасались, как бы из-за регулярного употребления спиртного не развилась пагубная привычка. Бойцы старались разубедить их. Политрук Д.А. Абаев выговаривал жене: «В отношении пьянства твои напоминания превращаются во что-то нехорошее и оскорбительное. Если будешь повторяться в будущих письмах, не напишу ни слова. Надо понять, что здесь непьющих нет, но нет и пьянствующих, а если попадаются такие, то их разжалуют, сажают, судят и расстреливают беспощадно» 6 .

Достаточно свободно писали домой о «ворошиловских 100 граммах» на Новый год, 23 февраля, 1 мая и 7 ноября. Кроме того, выделяли те особые праздники, которые пришли с войной. Участник Сталинградской битвы гвардии старшина В.В. Сырцылин писал жене в 1945 г.: «Дорогой Зинок! Сегодня второе февраля — день разгрома немчуры в Сталинграде — это наш праздник — поэтому сегодня я немножко пьяненький и в этом меня ты простишь» 7 .

Смотрите так же:  Требования эмп

«Пьяных я не люблю даже издали»

Не все военнослужащие были пьющими и не все были лояльны к употреблению спиртного сослуживцами. Придерживавшийся довоенных привычек младший лейтенант, политрук роты М. Львович, 1917 года рождения, объяснял в письме другу: «Может, я так настроен, что до сих пор армия не научила меня ни курить, ни пить, ни ходить в самовольную отлучку в поисках «подруги сердца». Но если у меня к этому какое-то имманентное отвращение, то я с такими взглядами и умру, но не отступлю» 8 . Из контекста письма Львовича видно, что категоричность рождалась от неприятия некоторых ситуаций с участием сослуживцев, которым «дай выпить 50 гр. спирта, они, как правило, устроят дебош» 9 . Вероятно, основываясь на сходном опыте, военный переводчик В. Раскин, 1920 года рождения, жаловался в письме знакомой: «Имеются неприятности. Например, перспектива встречать 1 Мая с водкой. Пьяных я не люблю даже издали, а [перспектива] провести сутки в одной палатке с каким-нибудь полным скотом (или несколькими) для меня просто мучительна» 10 .

Особенно много претензий насчет пьянства и сопутствующей ему распущенности адресовано службам тыла. Генерал-майор П.Л. Печерица, который в ноябре 1942 г. был назначен членом Военного совета 44й армии, подчеркивал в своих воспоминаниях, что пьянство разъедало аппарат службы тыла, делало его негодным к работе. Он подтверждает это конкретным примером: «Мне, по пути в штаб армии, пришлось лично столкнуться с крупными непорядками. Меня, прибывшего со Сталинградского фронта, где была в тылах строжайшая дисциплина, подтянутость и большое напряжение физических и моральных сил, неприятно поразили расхлябанность, преступное равнодушие работников к своим обязанностям. В селе Калиновка, в госпитале легкораненых на дежурстве была одна санитарка, а остальной персонал пьянствовал на именинах начальника госпиталя» 11 .

Алкоголь в армейской среде покупался либо «добывался». Купить его можно было, например, в магазинах «Военторга». А.З. Лебединцев сообщал, что очередной день рождения Красной армии (23 февраля 1943 г.) запомнился ему поступлением в столовую «Военторга» шампанского с бывших складов Абрау-Дюрсо, причем по довоенным расценкам. Офицеры воспользовались возможностью «кутнуть», так как продавали по две бутылки на каждого. Многие пили этот «дворянский напиток» впервые в жизни 12 . Что касается добычи спиртного, то здесь могла проявляться недюжинная изобретательность. По свидетельству Н. Никулина, во время пребывания в эстонском городе Тарту, когда запасы спиртного иссякли, «умельцы стали добывать спиртное из университетских препаратов, заспиртованных крыс, гадов, солитеров» 13 .

«За хорошую и ответственную работу»

Спиртное нередко фигурировало в качестве вознаграждения или подарков, которые получали военнослужащие. Командир огневого взвода В.Г. Кульнев вспоминал, как однажды среди ночи был вызван в землянку штаба полка, где получил свой первый орден — «Красную Звезду». «Привинтив» орден, командир полка, Герой Советского Союза, гвардии полковник И.М. Богушевич подносил каждому награжденному стакан водки. Кульнев, до этой поры спиртного не пробовавший и деливший свою 100-граммовую норму между отличившимися солдатами и сержантами «как поощрение», вначале растерялся, но затем выпил водку «с маху» 14 .

Д.И. Малышев, прошедший всю войну шофером, сообщал в своем дневнике, что однажды был награжден подобным образом за разборку и эвакуацию самолета Пе-2, которая проводилась под огнем противника в районе Гродно. «Это была проделана крупная работа, за которую получили мы все благодарность от командира роты. Вечером капитан вызвал меня и старшего группы и поднес нам по стакану водки, сказав: «За хорошую и ответственную работу» 15 .

Военнослужащих могли одаривать спиртным знакомые женщины из гражданского населения, с которыми возникали близкие отношения. В дневнике Малышева упоминается «знакомая Маруся-самогонщица», за месяц связи с которой он «выпил самогонки, наверное, целое море». «Когда приходила Клава, — пишет он о «дружбе» с другой женщиной, кладовщицей медицинского склада, — то всегда приносила мне подарок: бутылку вина или флакончик спирту, или хороших папирос» 16 .

«Коньяк три буряка»

Наиболее часто спиртное добывалось путем обменных операций с местным населением либо экспроприаций. Лебединцев вспоминал как настоящего «мастера экспроприаций» рядового из бывших зэков, прижившегося при кухне и особенно поднаторевшего в добыче самогона. «Обычно он предлагал трофейное одеяло или обмундирование в обмен на «горилку», курицу или крынку молока. Старухи, как всегда, отрицали наличие в доме самогона, тогда он вынимал из кармана компас и становился в такую позицию, чтобы стрелка указывала на мешок с зерном или под полати, или на чердак, и показывал стрелку, приговаривая, что «прибор покажет правду». Хозяйка обычно вытаскивала запрятанное «зелье» и делала обмен, так как в любой одежде жители очень нуждались настолько, что брали даже солдатские портянки». Во фронтовой среде самогон фигурировал под названием «коньяк три буряка» 17 .

«Ребята, вот крепость!»

На завершающем этапе войны употребление спиртного в армии выросло, что подтверждается как официальными документами 18 , так и личными свидетельствами участников событий.

Многовековая история военных баталий свидетельствует, что взятые «большой кровью» города на территории противника часто отдавались командующими на «милость победителей», служили своего рода компенсацией понесенных человеческих жертв. Такого рода вознаграждение включало разрешение на алкогольные возлияния, позволявшие снять стресс и освободиться от пережитого страха. О том, что и солдаты Красной армии в особенно сложной боевой обстановке ожидали подобной компенсации от своих командиров, говорит фрагмент воспоминаний Н. Никулина, где он соответствующим образом трактует текст листовок «от Рокоссовского», распространявшихся ранней весной 1945 г. у стен Данцига: «И все же сопротивление немцев было сильное, наши потери, как всегда, велики и осада города затягивалась. В одно прекрасное утро на наши головы, а также и на Данциг посыпались с неба листовки. В них говорилось примерно следующее: «Я, маршал Рокоссовский, приказываю гарнизону Данцига сложить оружие в течение двадцати четырех часов. В противном случае город будет подвергнут штурму, а вся ответственность за жертвы среди мирного населения и разрушения падет на головы немецкого командования. » Текст листовок был на русском и немецком языках. Он явно предназначался для обеих воюющих сторон. Рокоссовский действовал в лучших суворовских традициях: «Ребята, вот крепость! В ней вино и бабы! Возьмете — гуляй три дня! А отвечать будут турки!»» 19 .

«Пели «Катюшу», по-русски и по-мадьярски»

Совместное употребление спиртного облегчало налаживание взаимопонимания с местным населением. Знаменитый писатель Сергей Баруздин вспоминал, что к Венгрии, «воевавшей против нас», было настороженное отношение, однако впоследствии оно смягчилось. «Вечером мы присутствовали в одном доме на выпивке. Пели «Катюшу», по-русски и по-мадьярски, а хозяева танцевали» 20 .

Страны запоминались, в том числе и национальными напитками: Венгрия — фруктовой водкой «палинкой», Чехия — «замечательным» пивом, Польша — «бимбером». В воспоминаниях А.В. Пыльцына «бимбер» описывался как польский самогон, настоянный на карбиде кальция с его обжигающим эффектом («дрянь первостатейная»). Пыльцын также рассказывал, как в одном польском городе на обеде у «живого ксендза» довелось ему с товарищами узнать вкус настоящей фирменной польской водки «Выборовой» (отборной). В воспоминаниях об «офицерских банкетах» в финале войны довольно часто фигурировало шампанское. Описывая банкет в штабе армии, А.З. Лебединцев подчеркивал, что «наливали только французское шампанское» 21 .

Спиртное помогло «пережить» и радость долгожданного Дня Победы. «Не было ни одного трезвого солдата», — гласит запись из фронтового дневника капитана Э.И. Генкина, сделанная 9 мая 1945 г. в городе Лобау 22 . Вспоминая полдень этого праздничного дня, когда начался торжественный обед для всего батальона на местном стадионе в пригороде Берлина, А.В. Пыльцын особо отмечал, что на стол были поставлены «не стаканы и кружки, а по-мирному — рюмки (и где их только набрали?)». «А каждая речь завершалась тостом, и считалось добрым знаком каждый тост сопровождать полной чаркой» 23 .

Война закончилась, люди стали возвращаться к мирной жизни с ее повседневными проблемами, заботами и маленькими радостями. А чудом добытые довоенные рюмки навсегда остались символом долгожданной Победы.

Примечания
1. Никулин Н.Н. Воспоминания о войне. СПб., 2008. С. 177.
2. Пыльцын А.В. Штрафной удар, или Как офицерский штрафбат дошел до Берлина. СПб., 2003. С. 94, 88, 129.
3. Русский архив. Великая Отечественная. Приказы народного комиссара обороны СССР 22 июня 1941-1942 гг. Т. 13 (2-2). С 73, 228, 252-253, 365-366; Приказы народного комиссара обороны СССР 1943-1945 гг. Т. 13 (2-3). С. 145.
4. Сохрани мои письма. Сборник писем и дневников евреев периода Великой Отечественной войны. Вып. 2. М., 2010. С. 251.
5. Архив Научно-просветительского центра «Холокост». Ф. 9. Оп. 2. Д. 160. Л. 10.
6. РГАСПИ. Ф. М-33. Оп. 1. Д. 1454. Л. 28-28об.
7. Герои терпения. Великая Отечественная война в источниках личного происхождения. Сб. док. Краснодар, 2010. С. 117.
8. Архив НПЦ «Холокост». Ф. 9. Оп. 2. Д. 118. Л. 7.
9. Там же.
10. РГАСПИ. Ф. М-33. Оп. 1. Д. 1400. Л. 102.
11. Герои терпения. С. 228.
12. Лебединцев А.З., Мухин Ю.И. Отцы-командиры. М., 2006. С. 142.
13. Никулин Н.Н. Указ. соч. С. 143.
14. От солдата до генерала. Воспоминания о войне. Т. 9. М., 2008. С. 207.
15. Память о Великой Отечественной войне в социокультурном пространстве современной России: материалы и исследования. СПб., 2008. С. 206-207.
16. Там же. С. 195, 198, 200.
17. Лебединцев А.З. Мухин Ю.И. Указ. соч. С. 162, 180.
18. Сенявская Е.С. 1941-1945: Фронтовое поколение. Историко-психологическое исследование. М., 1995. С. 199-201, 210-211.
19. Никулин Н.Н. Указ. соч. С. 176.
20. РГАЛИ. Ф. 2855. Оп. 1. Д. 38. Л. 37об.
21. Лебединцев А.З., Мухин Ю.И. Указ. соч. С. 242.
22. Сохрани мои письма. Вып. 1. М., 2007. С. 283.
23. Пыльцын А.В. Указ. соч. С. 243.