Мировое соглашение еспч

Условия предлагаемого мирового соглашения по делу Сутяжник против России ( см. оригинал текста на английском )

Уполномоченному представителю Российской Федерации

в Европейском суде по правам человека П. Лаптеву

Копия: В Европейский суд по правам человека

Условием заключения мирового соглашения является

Грант ОО СУТЯЖНИК от Правительства России на 3 года

1. На проведение тренингов с государственными и муниципальными служащими, министерства юстиции и регистрационной палаты России, сотрудниками правоохранительных органов, ГУИН Уральского федерального округа (в основном). На тему: Европейская конвенция, протоколы, решения ЕСПЧ.

2. В состав тренеров войдут аспиранты и кандидаты юридических наук, сотрудники аппарата уполномоченного по правам человека и комиссии при Президенте России, преподаватели Уральской юридической академии и института регионального законодательства, авторы пособий по применению ЕК.

3. Один двухдневный тренинг для 20-30 человек раз в квартал, с отрывом от производства. Бюджет одного мероприятия примерно 200 тысяч рублей. Что включает в себя: работу четырех сотрудников (руководитель проекта, помощник, координатор, бухгалтер), аренда помещений для работы и занятий, проезд участников и тренеров, расходы на размножение материалов и другие канцелярские и хозяйственные расходы, оплата труда тренеров и командировочные участникам. С учетом уплаты налогов общий бюджет проекта должен составить 5 миллиона рублей.

Мировое соглашение еспч

решений Европейского Суда по правам человека по российским жалобам за февраль 2006 г.

Общие сведения о принятых Европейским судом в феврале 2006 г. решениях и постановлениях.

В феврале 2006 г. Суд принял всего три постановления по российским делам. Это дела Levin v. Russia, Bogdanov v. Russia и Igusheva v. Russia.

Жалоба Levin v. Russia касалась вопросов исполнения судебных решений о размере пенсий. Проанализировать это постановление интересно, поскольку ход дела отражает типичную практику действий заявителей и Правительства в подобным делах. В связи с тем, что пенсионные дела составляют значительную часть российских жалоб, Правительство выработало определенную стратегию работы по ним. После коммуникации жалобы Правительство предлагает заявителям заключить мировое соглашение, которое в определенной мере компенсирует причиненный моральный и материальный ущерб.

Проблема заключается в том, что такое мировое соглашение, как правило, не учитывает все интересы заявителя, а также предлагается в резкой и безапелляционной форме. Это приводит к тому, что заявитель чувствует себя оскорбленным, и отказывается от мирового соглашения. В ответ на это Правительство просит у Суда вычеркнуть жалобу из списка рассматриваемых дел. Пока Суд не вычеркивал дел из списка по такому основанию, поскольку Правительство (как и в рассматриваемом деле) обычно не представляло Суду каких-либо формальных свидетельств того, что оно признало нарушение прав заявителя.

В деле Levin v. Russia предметом подачи жалобы послужило неисполнение вступившего в силу 6 апреля 2000 г. решения суда г. Обнинск (Калужской области). Этим решением заявителю — ликвидатору аварии на Чернобыльской АЭС — была увеличена сума ежемесячной компенсации за потерю здоровья, а также назначена разовая [единовременная?] компенсация за недоначисленные ранее суммы. В течение двух лет судебное решение не исполнялось. Впоследствии, когда дело уже рассматривалось Европейским Судом, Правительство предлагало заявителю урегулировать вопрос, однако, заявитель отказался и просил Суд рассмотреть дело по существу. Правительство указало, что дело должно быть исключено из списка по причине отказа заявителя от предложенной компенсации. Суд отказался принять это требование, так как Правительство не смогло представить формального заявления о признании нарушения в отношении заявителя и не продемонстрировало должного уважения к закрепленным в Конвенции правам. По итогам рассмотрения дела Суд признал нарушение прав на справедливое судебное разбирательство и на защиту своего имущества.

В постановлениях по жалобам Bogdanov v. Russia и Igusheva v. Russia Суд признал нарушения права на справедливое судебное разбирательство и права на защиту имущества в связи с тем, что заявителям не были своевременно выплачены назначенные судами компенсации за причиненный незаконным осуждением моральный вред. Фабула этих дел, равно как и постановления Суда по ним, аналогичны целому ряду других дел о неисполнении решений российских судов по искам против государственных органов.

В феврале 2006 г. также было принято четыре решения по вопросу о приемлемости. Это решения по жалобам Dunayev v. Russia, Gavrilenko v. Russia, Belkin v. Russia и Vlasov v. Russia.

Жалоба Belkin v. Russia была вычеркнута из списка рассматриваемых дел, в связи с тем, что заявитель перестал отвечать на письма из Секретариата Суда, из чего был сделан вывод, что он явно утратил интерес к рассмотрению его жалобы.

Жалоба Vlasov v. Russia была объявлена приемлемой в отношении условий содержания в СИЗО «Матросская Тишина», отсутствия эффективных средств правовой защиты в этой связи, условий транспортировки из СИЗО в суд и обратно, длительности судебного разбирательства, ограничения свиданий с семьей и отсутствия эффективных средств правовой защиты в этом аспекте.

Жалоба Dunayev v. Russia касалась двух вопросов: уничтожения в 1995 г. недвижимого имущества заявителя в Грозном, а также справедливости судебного разбирательства о компенсации за уничтоженную собственность. Суд отклонил жалобы о нарушении права на защиту имущества и права на уважение частной и семейной жизни как неприемлемые, поскольку эти нарушения произошли до 5 мая 1998 г., когда Конвенция вступила в силу в отношении РФ. При этом Суд признал приемлемой жалобу о нарушении права на справедливое судебное разбирательство, так как заявитель не присутствовал на судебном заседании и не имел возможности представить свои доводы по делу.

Жалоба Gavrilenko v. Russia, базируется на достаточно типичных для российских дел в Европейском Суде обстоятельствах: неисполнение органами социального обеспечения обязанности индексировать пособие за потерю здоровья при ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС и связанное с этим судебное разбирательство. Однако у этого дела была специфическая особенность. Решение городского суда об индексации выплачиваемого заявителю пособия было оставлено в силе областным судом; в апреле 2003 г. была начата процедура исполнения решения. Ответчик (орган соцобеспечения) дважды обращался в надзорные инстанции с просьбой о пересмотре дела, и на второй раз прошение было удовлетворено.

Президиум областного суда в отсутствие Гавриленко отменил судебное решение по его иску, указав, что суд первой инстанции неверно интерпретировал правовые нормы об индексации. Дело было направлено в городской суд на новое рассмотрение. В результате нового рассмотрения суд применил существенно меньший, чем в первый раз, индекс компенсации. Соответственно, установленный судом размер пособия так же уменьшился. Заявитель утверждал, что таким образом было нарушено его право на собственность и на справедливое судебное разбирательство (в виде неисполнения решения суда).

Суд заинтересовался процедурой обжалования судебных решений в порядке надзора по ГПК РФ (вступил в силу в 2002 г.), так как, по утверждениям заявителя, при повторном рассмотрении его дела в первой инстанции после надзорного рассмотрения он был вынужден принять позицию ответчика, чтобы хотя бы немного увеличить размер своей пенсии, хотя по закону имел право на больший размер пенсии. Суд объявил жалобу приемлемой, так как счел, что эта жалоба затрагивает серьезные вопросы факта и права.

Необходимо отметить, что ранее Суд уже принимал постановления по вопросу о соответствии надзорной процедуры пересмотра судебных решений по гражданским делам положениям Конвенции. Однако все эти постановления касались порядка надзора по старому ГПК. Решение о приемлемости жалобы Gavrilenko v. Russia, особенно интересно в связи с процедурой исполнения предшествующих постановлений Европейского Суда по делам, связанным с надзорными процедурами.

Комитет Министров принял промежуточную резолюцию по исполнению постановлений Европейского Суда по жалобам Ryabykh v. Russia и Volkova v. Russia

В рамках процедур контроля за исполнением постановлений Европейского Суда 8 февраля 2006 г. на 955-ой встрече Комитета Министров Совета Европы была принята предварительная резолюция «О нарушении принципа правовой определенности процедурой пересмотра дел в порядке надзора в гражданском судопроизводстве в Российской Федерации — принятые общие меры и остающиеся вопросы в свете Постановлений Европейского суда по правам человека по делу Рябых (24 июля 2003 г.) и делу Волкова (5 апреля 2005 г.)»

По жалобам , Ryabykh v. Russia и Volkova v. Russia, были вынесены постановления Европейского Суда, соответственно, 24 июля 2003 г. и 5 апреля 2005 г. Обе жалобы касались порядка надзорного производства при пересмотре гражданских дел. Суд единодушно пришел к выводу, что в результате применения процедуры пересмотра окончательных судебных постановлений в порядке надзора были допущены нарушения параграфа 1 Статьи 6 Конвенции в виде нарушения принципа правовой определенности (устойчивости вступивших в законную силу судебных решений), и, таким образом, было ущемлено гарантированное заявителям Конвенцией право на доступ к правосудию.

Чтобы уяснить суть вынесенной резолюции, необходимо рассмотреть суть претензий Суда к надзорным процедурам. Например, в деле Ryabykh v. Russia, заявительница обратилась в районный суд с иском к Сбербанку, требуя проиндексировать ее вклад в соответствии с законом о восстановлении сбережений. Суд иск удовлетворил и обязал федеральное казначейство выплатить деньги. Суд второй инстанции это решение отменил и вернул дело на повторное рассмотрение. Суд первой инстанции вынес новое решение, по которому сумма индексации была увеличена. Это решение никто не оспорил и оно вступило в законную силу. Но денег заявительнице получить не удалось, потому что председатель облсуда опротестовал решение по ее иску в порядке надзора. Без ведома Рябых надзорная инстанция отменила решение районного суда и в иске отказала. Это последнее решение было пересмотрено в порядке надзора уже Верховным Судом, который отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. А тот снова вынес решение в пользу заявительницы. Кассационная инстанция решение отменила и вновь отправила дело районному суду, который вновь вынес решение в пользу Рябых. После очередной отмены решения в кассационной инстанции дело вернулось в районный суд, который на этот раз отказал Рябых в удовлетворении ее иска. Решение суда вступило в законную силу. После того, как в Страсбурге приступили к рассмотрению жалобы Рябых на действия российских судов, надзорная инстанция решение районного суда опять отменила и отправила дело Рябых в первую инстанцию. Рассматривая иск Рябых в шестой раз районный суд пришел к компромиссному решению — претензии заявительницы удовлетворил частично. Это решение уже никто не пересматривал. Рассмотрение иска Рябых в различных инстанциях в сумме заняло 4 года.

Европейский Суд, рассматривая обстоятельства дела Рябых, указал, что право обращаться в суд и разнообразные гарантии справедливого рассмотрения дел, которые государство дает свои гражданам, теряют всякий смысл, если судебное решение, ставшее окончательным и неопровержимым, отменяется вышестоящим судом по протесту чиновника. С точки зрения Европейского Суда, решения судов каждой страны должны защищаться принципом правовой определенности — то есть, неопровержимости решений, вступивших в законную силу. Полномочия вышестоящих судов по пересмотру должны использоваться для устранения судебных ошибок, злоупотребления правосудием, а не заменять повторное рассмотрение. Протест не должен являться замаскированной жалобой, и возможность существования противоположных мнений по предмету спора не есть основание для его повторного рассмотрения. Суд так же обратил внимание на то, что российское законодательство позволяет пересмотреть дело в порядке надзора по инициативе судей и должностных лиц прокуратуры. Кроме того, закон не представляет сторонам дела права полноценно участвовать в этой процедуре.

В предварительной резолюции по исполнению этого решения и решения по аналогичному делу Volkova v. Russia Комитет Министров отметил, что поскольку проблема, выявленная при рассмотрении данных дел, была признана структурной, и способной привести к многочисленными подобным нарушениям Конвенции, то на основании параграфа 1 Статьи 46 Конвенции для того, чтобы постановления Европейского суда были признаны исполненными, России необходимо предпринять общие меры, направленные на предотвращение новых аналогичных нарушений.

Россия представила информацию о том, какие действия были предприняты для предотвращения повторения ситуации после принятия постановления по делу Ryabykh v. Russia. Во-первых, Российские власти признали, что проблема является структурной. Во-вторых, основным аргументом российских властей стало принятие нового Гражданско-процессуального кодекса 14 ноября 2002 г., то есть еще до принятия постановления по делу Ryabykh v. Russia. По мнению российских властей, основные отличия надзорного порядка в соответствии с новым ГПК РФ состоят в следующем:

— круг лиц, имеющих право подачи жалоб в порядке надзора, ограничен сторонами судебного процесса и лицами, чьи законные права и интересы затрагиваются оспариваемым судебным постановлением (часть 1 Статьи 376);

— период времени, в который возможна подача жалобы в порядке надзора, ограничен одним годом (часть 2 Статьи 376);

Российские власти также отнесли к мерам общего порядка публикацию постановления по делу Ryabykh v. Russia в журнале «Обзор российского законодательства» (2004, N 5 (89),), который регулярно рассылается в российские суды и в заинтересованные органы власти. Постановление было также опубликовано во множестве Российских юридических журналов и помещено в базы данных, в т.ч. в интернете, и, таким образом, стало легко доступно органам власти и общественности.

Комитет Министров отметил положительную роль реформы процедуры пересмотра судебных постановлений в порядке надзора с введением в действие нового Гражданско-процессуального Кодекса. В частности, этим были решены некоторые проблемы: предоставлено право возбуждения надзорной процедуры только сторонам судебного процесса и физическим или юридическим лицам, чьи законные права и интересы нарушены судебными постановлениями (часть 1 Статьи 376), а срок на подачу жалобы в порядке надзора был ограничен одним годом (часть 2 Статьи 376).

Тем не менее, Комитет Министров констатировал, что все еще остаются сомнения в том, действительно ли действующая сегодня процедура пересмотра дел в порядке надзора способна эффективно предотвращать новые нарушения принципа правовой определенности, гарантированного Конвенцией. Несмотря на положительные изменения, отмеченные выше, действующая процедура все еще не позволяет сторонам быть полностью уверенными в том, что судебные постановления, которые стали окончательными и обязательными для исполнения, не будут оспорены. Более того, Комитет выразил особое беспокойство тем обстоятельством, что на региональном уровне часто один и тот же суд действует последовательно то как кассационная, то как надзорная инстанция по одному и тому же делу. Комитет обращает внимание на то, что вышестоящий суд должен исправлять все выявленные недостатки в постановлениях судов низшей инстанции в одном-единственном слушании дела таким образом, чтобы последующее обращение за помощью к «процедуре пересмотра судебного постановления в порядке надзора» являлось действительно исключительной мерой, если уж без этого нельзя обойтись. Комитет обращает внимание на то, что окончательное и обязательное для исполнения судебное постановление допустимо пересмотреть только при наличии исключительных обстоятельств, в то время как на деле использованием действующей процедуры пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений может быть отменено любое судебное постановление на основании неопределенного круга нарушений материального или процессуального права. Комитет подчеркивает, что в эффективной судебной системе ошибки и недостатки в судебных постановлениях нужно исправлять прежде всего использованием процедуры обычного апелляционного обжалования и/или рассмотрения дела в кассационной инстанции, после чего судебное постановление должно становиться окончательным и обязательным для исполнения, что позволит избегнуть последующего риска нарушения права сторон быть уверенными в окончательности судебного постановления, вынесенного по их делу.

Комитет констатировал, что ограничение использования процедуры пересмотра окончательных судебных постановлений в порядке надзора случаями, в которых выявлено наличие действительно исключительных обстоятельств, должно идти одновременно с совершенствованием судебной системы и повышением качества правосудия, что приведет к уменьшению потребности в исправлении судебных ошибок, для чего в настоящее время и используется «надзорная» процедура.

Комитет призвал компетентные органы российской власти гарантировать доведение текста этой Предварительной Резолюции до самого широкого круга органов исполнительной власти, парламента и органов судебной власти и представить в течение одного года план действий по принятию и выполнению общих мер, требуемых для предотвращения новых нарушений принципа правовой определенности. Комитет указал, что намерен возобновить рассмотрение настоящей проблемы в течение первого полугодия 2007.

На основании имеющегося опыта можно предположить, что ко второму полугодию 2007 г. появится достаточное количество решений, касающихся пересмотра судебных решений в порядке надзора не только в гражданском порядке, но и в порядке уголовного судопроизводства, что создаст потребует от российских властей предпринять более действенные шаги .

Новые книги о Европейском Суде по правам человека

В феврале была анонсирована пятая книга из серии «Международная защита прав человека», подготовленная ОО «Сутяжник». В книге рассматриваются следующие вопросы: обязательная сила постановлений международных судебных органов для государств, в частности России (международное и внутринациональное регулирование); обязательный характер решений Европейского суда по правам человека для государств-участников Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и практика исполнения постановлений; нормативное обоснование обязательности решений Европейского суда по правам человека для государств-участников Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод и обязательства по исполнению решений Европейского суда; практика исполнения постановлений Европейского суда по правам человека в европейских государствах и их влияние на национальные правовые системы; последствия постановлений Европейского суда по правам человека, вынесенных в отношении Российской Федерации: состоявшиеся решения и модель эффективного взаимодействия прецедентного права Суда и российской правовой системы. В авторский коллектив вошли Чуркина Людмила Михайловна, юрист Уральского центра конституционной и международной защиты прав человека ОО «Сутяжник», аспирант Уральской государственной юридической академии; Деменева Анна Валентиновна, юрист Уральского центра конституционной и международной защиты прав человека ОО «Сутяжник», магистр международного права, аспирант Уральской государственной юридической академии.

Смотрите так же:  Региональный материнский капитал подольск

Архив меток: мировое соглашение

Стефанов против Болгарии: Постановление Европейского Суда

Стефанов против Болгарии (Stefanov v. Bulgaria): Постановление Европейского Суда по правам человека по вопросу об исключении жалобы из списка подлежащих рассмотрению дел от 3 мая 2001 года (жалоба N 32438/96)

Ссылка на решение в формате, используемом Европейским Судом по правам человека (на английском языке с сохранением букв национального алфавита в имени (именах) и (или) названии (названиях) заявителя (заявителей)):

Stefanov v. Bulgaria (friendly settlement), no. 32438/96, 3 May 2001

Хуттен-Чапска против Польши: Постановление Большой Палаты Европейского Суда

Хуттен-Чапска против Польши (Hutten-Czapska v. Poland): Постановление Большой Палаты Европейского Суда по правам человека по вопросу о заключении мирового соглашения между сторонами в деле от 28 апреля 2008 года (жалоба N 35014/97)

Ссылка на решение в формате, используемом Европейским Судом по правам человека (на английском языке с сохранением букв национального алфавита в имени (именах) и (или) названии (названиях) заявителя (заявителей)):

Hutten-Czapska v. Poland [GC], no. 35014/97, ECHR 2006-VIII

В постановлении от 19 июня 2006 г. по существу данного дела (см. выше, пункт 178) Европейский Суд установил нарушение требований статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с тем, что закон обязал заявительницу — владелицу сдаваемого внаем жилья — за свой счет содержать его в надлежащем состоянии, а также ограничил ее возможности по повышению арендной платы и прекращению договора найма. Власти Польши возместили заявительнице материальный ущерб и судебные издержки, а также обязались принять некоторые меры общего характера, как-то: предоставить государственную финансовую помощь для инвестирования в социальное жилье; разрешить владельцам сдаваемого внаем жилья увеличивать арендную плату, чтобы покрыть расходы на его содержание и ремонт и получать прибыль; обеспечить прозрачность механизма повышения арендной платы и пр. Суд утвердил заключенное сторонами мировое соглашение и прекратил производство по делу (Источник аннотации: Права человека. Практика Европейского Суда по правам человека, 2009. N 12).

Стоимость любой услуги составляет 6 тыс. рублей за каждый час её оказания. Узнать стоимость оценки перспектив обращения в ЕСПЧ именно по Вашему делу, подготовки необходимой Вам жалобы, требующегося Вам письменного отзыва, нужной Вам консультации, проверки имеющейся у Вас жалобы можно, только обратившись ко мне со всеми документами (и вопросами) через соответствующий раздел сайта. Без документов (конкретных вопросов) я не могу назвать стоимость нужной Вам услуги. Пожалуйста, не спрашивайте меня о средней стоимости той или иной услуги – эта информация бессмысленна. Срок оказания нужной Вам услуги я также могу назвать только после Вашего обращения, исходя из предоставленных документов (вопросов), объективно требующейся срочности и своей занятости на момент Вашего обращения.

Остались вопросы об условиях оказания нужной услуги после прочтения соответствующего раздела сайта ? (Чтобы перейти в него, кликните на подходящий пункт из списка выше.) Тогда напишите мне (в мессенджерах, пожалуйста, пишите всё сразу, как в письме, не ожидая моего ответа на приветствие или на запрос о добавлении в контакты).

Ниже указан мой телефон (Билайн, СПб). Он же — номер для вайбера, вацапа и телеграма. Если Вы хотите позвонить, пожалуйста, сначала напишите мне сообщение (в любом мессенджере или смс), чтобы согласовать предмет и время разговора. Я не отвечаю на звонки без такого согласования . Когда пишете сообщение в мессенджере, пожалуйста, не останавливайтесь на приветствии, ожидая моего ответа — пишите всё сразу. Мой номер: (девять — шесть — три) три — один — девять — пять — ноль — ноль — пять.

oleg.anishchik
[ненадёжно, т.к. в ФБ сообщение может уйти в спам!]

ДРУЖЕСТВЕННОЕ УРЕГУЛИРОВАНИЕ В ЕВРОПЕЙСКОМ СУДЕ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Любой спор лучше разрешается самими сторонами, и Европейский суд по правам человека предоставляет такую возможность, что особенно значимо для дел семейных.

В соответствии с п. 1(b) ст.

По своей природе мировое соглашение в Европейском суде не имеет фундаментальных отличий от мирового соглашения, заключаемого во внутреннем судебном процессе.

Начиная с определенной стадии рассмотрение дела в Суде проходит на состязательной основе: заявитель отстаивает жалобу, правительство, как правило, не соглашается и представляет свою защиту. В ходе разбирательства может возникнуть ситуация, в которой стороны способны договориться об удовлетворении претензий. В такой ситуации роль Суда крайне важна. На основании Конвенции Суд должен предоставить себя в распоряжение заинтересованных сторон с целью заключения мирового соглашения.

Прежде всего Суд облегчает уже саму коммуникацию между сторонами. Через Секретариат Суда может происходить передача информации, необходимой для выяснения позиций противостоящих сторон.

Необходимо учитывать, что отношения между сторонами могут быть различными в зависимости от множества факторов. В большинстве дел коммуникация между заявителем и правительством налажена хорошо; они проводят переговоры о возможном мировом соглашении и могут в результате прийти к взаимоприемлемому урегулированию и без вмешательства Суда. В ряде других случаев, в которых прямые контакты между заявителем и правительством затруднены, Суд может прийти им на помощь с целью выяснения возможностей достижения мирового соглашения.

Роль Суда, однако, не ограничивается только формальной функцией по содействию передаче информации. При участии в переговорах по достижению мирового соглашения представители Суда или его Секретариата могут указать сторонам на обоснованность тех или иных аргументов или требований в свете Конвенции и существующей на данный момент судебной практики. Пункт 1 правила 62 Регламента предоставляет Суду в этом плане широкую свободу действий: Палата предпринимает любые шаги, которые представляются уместными для содействия достижению мирового соглашения.

Но роль Суда также не ограничивается выполнением данной функции. Главное условие, которому подчинено заключение мирового соглашения, состоит в том, что оно должно производиться «на основе соблюдения прав человека, признанных в настоящей Конвенции и Протоколах к ней». Только тогда мировое соглашение будет «принято» Судом, т.е. признано допустимым в смысле ст. 38 Конвенции.

Именно в проверке выполнения упомянутого условия всегда состояла важнейшая функция органов Конвенции в делах, в которых стороны заключали мировые соглашения. Только будучи уверенными, что мировое соглашение действительно базируется на «соблюдении прав человека», органы Конвенции признавали его допустимым и принимали на его основании решение об исключении дела из списка.

Проверка «соблюдения прав человека» диктуется, безусловно, прежде всего необходимостью выяснения свободы волеизъявления заявителя и отсутствия навязывания ему недопустимых условий, непосредственно противоречащих обязательствам, взятым государством при присоединении к Конвенции. Кроме того (и это, пожалуй, самый важный момент), проверка Судом «соблюдения прав человека» предполагает оценку достигнутого мирового соглашения исходя из назначения Конвенции и роли, выделенной ею самому Суду.

Необходимо иметь в виду, что Европейская конвенция всегда рассматривалась и продолжает рассматриваться не просто как судебный механизм урегулирования индивидуальных жалоб с возможностью их досудебного дружественного урегулирования между сторонами при посредничестве Суда. Суд неоднократно заявлял в решениях, что обязательства, взятые государствами на себя в рамках Конвенции, носят объективный характер и что соблюдение установленных в Конвенции прав является условием существования особого европейского правопорядка.

Таким образом, Суд придерживается позиции, согласно которой ни мировое соглашение, ни иное основание снятия дела с производства не могут в принципе воспрепятствовать ему рассмотреть дело, если того требуют интересы соблюдения прав человека, или, иными словами, интересы охраны, утверждения и развития европейского правопорядка, созданного Конвенцией.

Какие конкретные обстоятельства могут воспрепятствовать принятию Судом мирового соглашения или отзыва жалобы и побудить Суд продолжить рассмотрение дела по существу с целью установления «объективных обязательств по Конвенции» или охраны созданного ею правопорядка?

Одними из таких обстоятельств могут быть важность поставленного вопроса и отсутствие достаточных критериев его разрешения на основании Конвенции.

Другим основанием, имеющим непосредственное отношение к сохранению правопорядка Конвенции, может выступать тот факт, что урегулированная в двустороннем порядке жалоба является лишь частным выражением серьезной структурной проблемы, находящейся в противоречии с обязательствами, взятыми государством в рамках Конвенции. В случае существования такой проблемы приемлемость мирового соглашения может зависеть от принятия данным государством конкретных мер, направленных на ее разрешение.

В существующей на сегодняшний день судебной практике нет явных примеров, когда Суд в подобной ситуации решил бы продолжить рассмотрение дела по существу, несмотря на достигнутое мировое соглашение. Тем не менее во многих делах, в которых заключались мировые соглашения, Суд уделял в решениях повышенное внимание оценке принятых мер общего характера всякий раз, когда такие меры оказывались необходимыми для устранения очевидной несовместимости внутреннего права государства-ответчика с его обязательствами по Конвенции. Наличие таких прецедентов свидетельствует о том, что понятие «соблюдение прав человека» в смысле ст. 37 и 38 Конвенции предполагает в случае необходимости принятие государством мер общего характера, помимо урегулирования отдельно взятой жалобы.

Необходимо подчеркнуть важную роль, которую заявитель может играть посредством индивидуальной жалобы в разрешении более общих проблем в масштабе государства. Опираясь на требование соблюдения прав человека, содержащееся в ст. 37 и 38 Конвенции, а также на практику органов Конвенции, заявитель и его представители вправе требовать от государства, предлагающего им вариант мирового соглашения, принятия мер общего характера с целью не допустить возобновления ситуаций, несовместимых с положениями Конвенции. Характер требуемых общих мер, безусловно, связан с поставленной в жалобе проблемой, и принятие государством мер может состоять в зависимости от ситуации в изменении законодательства, подзаконных актов, а также судебной или административной практики.

Активная позиция заявителя и его представителей важна не только для исхода переговоров с целью достижения мирового соглашения между ним и правительством, но также и для достаточной информированности Суда о возможной связи поданных индивидуальных жалоб с более общими проблемами, требующими скорейшего разрешения в целях соблюдения Конвенции.

Строго конфиденциальная процедура, предусмотренная п. 2 ст. 38 Конвенции для поиска возможностей мирового соглашения (в отличие от открытого характера состязательного разбирательства по существу жалобы), призвана оградить стороны от внешнего давления и максимально облегчить достижение взаимоприемлемого результата.

В соответствии с п. 2 правила 62 Регламента переговоры о мировом соглашении не наносят ущерба доводам сторон в состязательном разбирательстве. Никакие письменные или устные сообщения, а также предложения или уступки, сделанные в целях достижения мирового соглашения, не могут быть использованы в качестве ссылок или обоснований при последующем разбирательстве спора. Наконец, по достижении мирового соглашения в соответствии со ст. 38 Конвенции Суд выносит решение, в котором дается лишь краткое изложение фактов и достигнутого решения (ст. 39 Конвенции).

Особенности заключения мирового соглашения в ЕСПЧ

Особенности заключения мирового соглашения в ЕСПЧ

На сегодняшний день мировое соглашение становится достаточно действенным институтом, с которым все чаще приходится сталкиваться заявителям в ЕСПЧ. Но прежде чем перейти к описанию особенности заключения мирового соглашения в ЕСПЧ надо сделать оговорку, что в практике Европейского суда термин «мировое соглашение» является условным, поскольку в Регламенте суда на разных языках используются два наименования для этой процедуры «дружественное урегулирование спора» и «полюбовное соглашение». При этом в обоих случаях речь идет именно о соглашении, т.е. договоренности устраивающей обе стороны спора.

Практика Европейского суда

Так, по статистике в 2016 году Европейский суд рассмотрел 228 исков против России (116 в 2015 году), удовлетворил 222 иска, при этом по 354 делам в отношении России сторонам удалось достигнуть мирового соглашения.

Сама по себе возможность заключения мирового соглашения возникает после подачи жалобы в ЕСПЧ и ее коммуникации. Но только лишь одного желания сторон для возможности окончить дело мировом недостаточно – в соответствии с подп. b п. 1 ст. 39 Конвенции суд готов содействовать сторонам в достижении мира при условии заключения такого мирового соглашения, которое основано на соблюдении прав человека, признанных в Конвенции Протоколах к ней. Такая оговорка защищает заявителей от заключения мировых соглашений основанных на заведомо невыгодных для них условиях.

Как происходит заключение мирового соглашения в Европейском суде?

После коммуникации жалобы, т.е. на стадии рассмотрения, Европейский суд предлагает сторонам включить в свои замечания доводы относительно справедливой компенсации и предложения о мировом соглашении. Такое предложение по практике содержится в письме Суда, сопровождающем решение о приемлемости. Срок на подачу таких предложений также обычно устанавливается в письме. Таким образом уже в меморандуме Государства присланном в ответ на доводы заявителя может появиться предложение о дружественном урегулировании. Правительству ничего не мешает согласиться с заявителем и пойти на мировую или же представить свои контраргументы, изложенные в меморандуме».

Роль Суда не ограничивается только формальной функцией по содействию передаче информации. Представители Суда могут даже поучаствовать в переговорах и указать сторонам на обоснованность тех или иных аргументов или требований в свете Конвенции и существующей на данный момент судебной практики. Пункт 1 правила 62 Регламента предоставляет Суду в этом плане широкую свободу действий: Палата принимает все надлежащие меры для содействия сторонам в дружественном урегулировании.

Согласно п. 5 Положения об Уполномоченном Российской Федерации при Европейском суде по правам человека — заместителе Министра юстиции Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 29 марта 1998 г. N 310, предусмотрено, что Уполномоченный Российской Федерации при Европейском суде (по согласованию с заинтересованными органами государственной власти России) ведет «переговоры о досудебном урегулировании дел, возбужденных против Российской Федерации, и при посредничестве Суда заключает с истцом соответствующие соглашения»

Переговоры проведенные с целью достижения мирового соглашения (дружественного урегулирования), являются конфиденциальными и в том случае, если согласие по прекращению дела миром не будет достигнуто это никак не отразится на условия судебного разбирательства. Там не могут использоваться аргументы, звучащие за столом переговоров.

В том случае если стороны согласились на дружественное урегулирование Секретарь уведомляет Палату об этом, после чего удостоверившись, что вышеуказанное урегулирование достигнуто на основе соблюдения прав человека, Палата исключает жалобу из списка подлежащих рассмотрению дел. Если нет, дело рассматривается Европейским судом в соответствии с процедурой.

Отказ заявителя от начала или продолжения процедуры дружественного урегулирования с государством-ответчиком, так же, как и его отказ от заключения соглашения в том случае, если такое дружественное урегулирование было достигнуто, не рассматривается Европейским судом как злоупотребление правом (п. 3 ст. 35 Конвенции)

Чего может добиться заявитель, согласившись на мировое соглашение в ЕСПЧ?

В том случае если правительство согласно пойти на встречу заявителю и урегулировать дело, заявитель может потребовать для себя любую разумную форму возмещений, как например:

  • денежную компенсацию в любой сумме, которую удалось согласовать в ходе переговоров
  • пересмотра конкретной процедуры или изменения законодательства с целью решить возникшую у заявителя проблему
  • принятия государством каких-либо мер в согласованный срок, с тем чтобы заявитель смог получить причитающееся ему возмещение раньше, чем если бы состоялось решение суда по его делу.

При таких обстоятельствах заключение мирового соглашения для многих заявителей может стать эффективным способом решения проблемы. Сложности могут возникнуть там, где заявители захотят получить не только компенсацию, но и пересмотра судебных актов по их уголовному делу. К этим вопросам следует подходить крайне внимательно и осторожно, в силу специфики установления новых обстоятельств по делу уголовно-процессуального закона (УПК РФ). Возможность такого примирения должен оценивать соответствующий специалист.

Мировое соглашение как результат примирения заявителя и государства-ответчика в Европейском суде по правам человека. Солохин А.А.

МИРОВОЕ СОГЛАШЕНИЕ КАК РЕЗУЛЬТАТ ПРИМИРЕНИЯ ЗАЯВИТЕЛЯ И

ГОСУДАРСТВА-ОТВЕТЧИКА В ЕВРОПЕЙСКОМ СУДЕ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

/»Арбитражный и гражданский процесс», 2009, N 1/

Солохин А.А, аспирант Российской академии правосудия, ведущий консультант Управления законодательства Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

Участники производства в Европейском суде по правам человека в процессе использования примирительных процедур могут достичь результата примирения, который с наибольшей вероятностью будет являться мировым соглашением. В статье исследуются правовая природа мирового соглашения, заключаемого в Европейском суде, порядок, форма и последствия его заключения в сравнении с мировым соглашением, заключаемым сторонами в российских судах. Институт примирения и его результатов, используемый в Европейском суде, в основном схож с аналогичным институтом российской правовой системы. Однако существует ряд концептуальных отличий, исследование которых позволит по-новому взглянуть на результаты примирения сторон в гражданском и арбитражном процессах.

Европейский суд по правам человека (далее — Европейский суд, Суд, ЕСПЧ) рассматривает с каждым годом все больше жалоб, поступающих из России. За десять лет участия России в системе ЕСПЧ на 1 января 2008 г. поступило 46685 жалоб против России, что составляет 20% от общего количества. Россия занимает первое место по количеству жалоб, поданных в Европейский суд. Из 80000 нерассмотренных на сегодняшний день жалоб 26% (около 20000 дел) приходится на Российскую Федерацию, следом за ней идет Турция (12%), далее — Румыния (10%), Украина (7%) . Несмотря на то что в последнее время поток жалоб из России стабилизировался и теперь их поступает от 4 до 5 тыс. в год, он все равно остается достаточно большим . Это свидетельствует о несовершенстве правовой системы нашей страны и подрывает ее авторитет на международной арене.

Смотрите так же:  Сильный обряд на развод

Ковлер А.И. Правовые позиции Европейского суда по правам человека по делам против Российской Федерации (2006 — 2008 гг.) // Российское правосудие. 2008. N 8. С. 6.

Нешатаева Т.Н. Уроки судебной практики о правах человека: Европейский и российский опыт. 2007. С. 15.

Как справедливо заметил Президент Российской Федерации Д.И. Медведев, выступая на VII Съезде судей, «Страсбургский или любой другой международный суд не может и не должен подменять российское правосудие, но сама судебная система должна свести к минимуму такого рода обращения» . Для снижения количества жалоб, подаваемых против Российской Федерации, необходимо дальнейшее развитие национальных правовых институтов, в том числе и института примирения спорящих сторон.

Официальный сайт Президента России: http://www.kremlin.ru/text/appears/2008/12/210020.shtml.

Стоит отметить, что из 397 постановлений в отношении России по 11 достигнуто «дружеское урегулирование» — по критериям Совета Европы «достойная пропорция» .

Ковлер А.И. Указ. соч.

Использование примирительных процедур в делах, рассматриваемых Европейским судом, показывает, что государство-ответчик, идущее на уступки, пытается предпринять все возможные меры (компенсационные, законодательного характера и т.д.) для удовлетворения претензий заявителя, что зачастую сопряжено с устранением различных недостатков российского законодательства. Это позволяет не только существенно сократить сроки рассмотрения дел в ЕСПЧ, но и приблизить правовые стандарты России к стандартам, обозначенным в Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция, ЕКПЧ) и подкрепленным практикой Европейского суда.

Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. N 2. Ст. 163.

Необходимо отметить, что 4 декабря 2008 г. VII Всероссийский съезд судей постановил, что действенной мерой, направленной на повышение эффективности и качества правосудия, является внедрение и развитие примирительных процедур и посредничества (медиации) .

Сайт Совета судей Российской Федерации: http://www.ssrf.ru/ss_detale.php?id=801&columnValue=10&CATEGORY_2=VII%20Всероссийский%20съезд%20судей.

В данной работе автор предпринимает попытку исследования института примирения заявителя и государства-ответчика, используемого в Европейском суде. На основании анализа международных правовых актов, практики ЕСПЧ и действующего российского законодательства изучаются правовая природа данного института, порядок, форма и последствия его использования в сравнении с институтами примирения, используемыми в России в рамках гражданского и арбитражного процессов, в частности институтом мирового соглашения. Также мы попытаемся определить правовые позиции ЕСПЧ по вопросам примирения и его результатам.

О понятии мирового соглашения как результата примирения

в российской правовой доктрине

Стороны после возбуждения производства по делу, будь то разбирательство в судах общей юрисдикции, в арбитражных судах Российской Федерации, могут использовать какие-либо процедуры, позволяющие достичь примирения. Такие процедуры являются примирительными. Примирительные процедуры представляют собой предусмотренный правом порядок добровольного урегулирования спора сторонами с учетом их интересов путем сведения их позиций к взаимоприемлемому результату. Таким результатом примирения в национальном суде будет мировое соглашение.

Мировое соглашение — особое соглашение, которое содержит в себе как признаки гражданско-правового договора, с помощью которого стороны распоряжаются предметом права, так и признаки процессуального соглашения, с помощью которого стороны могут урегулировать спор, используя примирительные процедуры.

В российской правовой доктрине существует несколько точек зрения на соотношение понятий «мировое соглашение» и «примирительные процедуры». С.М. Амосов делает вывод о том, что гл. 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) регулирует «примирительные процедуры в форме мирового соглашения» . Некоторые авторы отождествляют понятия «мировое соглашение» и «примирительная процедура» . В комментарии к АПК РФ отмечается, что понятие «примирительная процедура» шире понятия «мировое соглашение» и что первое понятие может включать в себя как примирительные процедуры, облеченные в процессуальную форму (в том числе и мировое соглашение), так и примирительные процедуры вне рамок арбитражного процесса .

Амосов С.М. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации и вопросы альтернативного правосудия // Третейский суд. 2004. N 1. С. 109.

Учебник «Арбитражный процесс» (под ред. М.К. Треушникова) включен в информационный банк согласно публикации — Городец, 2007 (издание третье, исправленное и дополненное).

Арбитражный процесс: Учебник / Под ред. проф. М.К. Треушникова. М., 2003. С. 343.

Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу / Под ред. В.В. Яркова. М., 2004. С. 258.

Противоположная и более верная, по мнению автора, точка зрения заключается в том, что мировое соглашение — возможный результат примирения, для достижения которого стороны могут применять различные виды примирительных процедур и закреплять его в примирительном соглашении, положения которого закрепляются в мировом соглашении арбитражным судом. Также результатом примирительной процедуры, применяемой в рамках производства по делу в национальном суде, может быть действие одной из сторон: отказ от иска, признание исковых требований. Наконец, стороны вообще могут не прийти к какому-либо результату.

В силу этого, как пишет М.А. Рожкова, мировая сделка, в том числе судебная мировая сделка, может рассматриваться как результат примирительной процедуры, но ни в коей мере не отождествляться с самой процедурой . Д.Л. Давыденко выделяет то, что и саму процедуру заключения мирового соглашения «некорректно ставить в один ряд с такими примирительными процедурами, как переговоры, примирение, посредничество, так как в противном случае получается ошибочное впечатление о необходимости альтернативы: стороны спора могут либо заключить мировое соглашение, либо применить иную процедуру, например посредничество» . А.Ю. Коннов справедливо отмечает, что само по себе мировое соглашение не является примирительной процедурой, поскольку не содержит в себе ни элементов рассмотрения, ни элементов разрешения спора, а лишь является результатом применения какой-либо процедуры рассмотрения и разрешения споров (как правило, примирительной процедуры) .

Давыденко Д.Л. Мировое соглашение как средство внесудебного урегулирования частноправовых споров: по праву России и некоторых зарубежных стран: Дис. . канд. юрид. наук. М., 2004. С. 45.

Коннов А.Ю. Понятие, классификация и основные виды альтернативных способов разрешения споров // Журнал российского права. 2004. N 12. С. 56.

Таким образом, мировое соглашение — это соглашение, которое является завершением конфликта, ставящее точку в развитии спорных правоотношений.

Соотношение терминов «дружественное урегулирование спора»

и «мировое соглашение» в ЕКПЧ

Приступая к исследованию института примирения, который используется в Европейском суде, необходимо отметить, что в отличие от официального перевода Регламента Европейского суда по правам человека (далее — Регламент), где встречается только один термин, относящийся к примирению участников производства по делу, — «мировое соглашение», в двух официальных переводах Конвенции используются разные термины: «мировое соглашение» и «дружественное урегулирование спора» .

Совет Европы и Россия. 2000. N 3. С. 30 — 50.

Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. N 2. Ст. 163.

Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. N 44. Ст. 5400.

В английском и французском оригиналах, в частности в ст. ст. 38 и 39 Конвенции, понятию «мировое соглашение» и «дружественное урегулирование спора» эквивалентны английское «friendly agreement» и французское «reglement amiable» соответственно.

Если дословно переводить данные термины, то английское «friendly» можно понимать как «дружественный», «agreement» — «соглашение», французское же «reglement amiable» означает «полюбовное соглашение».

Интересно, что в неофициальном русском переводе Конвенции, размещенном на официальном сайте Европейского суда, используется термин «мировое соглашение» , в неофициальном немецком переводе Конвенции — «полюбовное соглашение». Безусловно, на основании таких переводов нельзя сделать однозначный вывод о том, насколько точно они отражают смысл исследуемых нами терминов. Однако необходимо принять во внимание то, что осуществленный нами перевод терминов, обозначающих примирение, в официальных английском и французских текстах, а также в неофициальных русском и немецком означает прежде всего соглашение. Считаем, что данное соглашение по своей правовой природе крайне схоже с мировым соглашением, заключаемым в гражданском и арбитражном процессе России. Таким образом, более верным термином, передающим сущность института примирения, о котором идет речь в Конвенции, будет именно «мировое соглашение».

Следует отметить, что в российской юридической литературе используются оба вышеуказанных термина, признаваемые равнозначными .

Рожкова М.А. Мировая сделка: использование в коммерческом обороте. М.: Статут, 2005. С. 112.

Между тем ряд ученых считают, что понятия «дружественное урегулирование» (процедура урегулирования спора) и «мировое соглашение» (договор, заключенный сторонами по результатам урегулирования спора) не тождественны и не равнозначны, хотя, несомненно, находятся во взаимосвязи и взаимозависимости .

Рожкова М.А., Афанасьев Д.В. Новые правила обращения в Европейский суд по правам человека: текст Регламента, новеллы, комментарии. М.: Статут, 2004. С. 118.

Связь между двумя этими понятиями заключается в том, что они соотносятся друг с другом как процедура (дружественное урегулирование спора) и результат этой процедуры (мировое соглашение).

В Европейском суде заявитель и государство-ответчик в целях примирения используют некий порядок добровольного урегулирования спора: заявитель и государство-ответчик пытаются свести свои позиции к приемлемому для них результату путем взаимных уступок. Считаем, что такая процедура должна именоваться дружественным урегулированием спора, в случае же, если стороны смогут урегулировать спор и придут к определенному результату, — такой результат будет являться мировым соглашением.

Заключение мирового соглашения — достижение задач,

закрепленных в Конвенции по правам человека

Успешное проведение процедуры дружественного урегулирования заключается в достижении задач, нашедших отражение в подп. b п. 1 ст. 38 Конвенции.

Первая задача состоит в том, что Суд предоставляет себя в распоряжение заинтересованных сторон с целью заключения мирового соглашения. Вторая задача вытекает из цели использования мирового соглашения: обеспечение заключения мирового соглашения на основе соблюдения прав человека, признанных в Конвенции и Протоколах к ней.

Суд не только способствует заключению заявителем и государством-ответчиком мирового соглашения, но и проверяет соблюдение прав человека в процессе его заключения.

В российском гражданском судопроизводстве арбитражный суд принимает меры для примирения сторон, содействует им в урегулировании спора (ч. 1 ст. 138 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ) либо судья принимает меры по заключению сторонами мирового соглашения (п. 5 ч. 1 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — ГПК РФ)). На основании ч. 6 ст. 141 АПК РФ арбитражный суд не утверждает мировое соглашение, если оно противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц. Аналогичное положение содержится в ч. 2 ст. 39 ГПК РФ.

Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. N 30. Ст. 3012.

Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. N 46. Ст. 4532.

Таким образом, перед российскими судами, в случае если стороны решат использовать примирительные процедуры для достижения мирового соглашения, стоят те же задачи, что и перед Европейским судом, участники разбирательства в котором заключают мировое соглашение.

Порядок заключения мирового соглашения

На стадии рассмотрения жалоб по вопросу их приемлемости ч. 1 правила 54A Регламента Европейского суда по правам человека сторонам предлагает включить в свои замечания доводы относительно справедливой компенсации и предложения о мировом соглашении. Если мировое соглашение или иное решение не будет достигнуто, то жалоба может быть признана приемлемой в порядке части 2 данной статьи.

Совет Европы и Россия. 2000. N 3. С. 30 — 50.

В правиле 62 Регламента детально описан порядок заключения мирового соглашения после объявления жалобы приемлемой.

Государство может попытаться договориться с заявителем и заключить с ним мировое соглашение. При этом заявитель также должен стремиться к мирному разрешению конфликта и не уклоняться от переговоров. Уклонение от переговоров рассматривается Судом как отсутствие воли к разрешению конфликта и в качестве последствия может привести к признанию одностороннего предложения государства выплатить суммы возмещения морального вреда заявителю соразмерной мерой разрешения конфликта (дело «Ван Хутен против Нидерландов» ).

Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 3. С. 1.

При недостижении мирового соглашения в трехмесячный срок палата судей из 7 человек рассматривает жалобу заявителя по существу.

Существует ряд дел, где заявители и власти государства-ответчика заключают мировое соглашение в процессе рассмотрения жалобы Европейским судом: «Аксен и другие против Германии» (Постановление от 27 февраля 2003 г.) , «Лариса Анатольевна Ванжула против Российской Федерации» (решение от 15 февраля 2007 г.) .

Документ содержится в СПС «КонсультантПлюс».

Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2007. N 6. С. 67, 142 — 143.

В этих делах были заключены мировые соглашения, важным условием которых было то, что в случае исполнения Российской Федерацией своих обязательств заявительницы более не будут иметь претензий к Российской Федерации на основании жалоб, поданных ими в Европейский суд.

ЕСПЧ, удовлетворившись тем, что соглашения основаны на уважении прав человека, закрепленных в Конвенции и Протоколах к ней, и не усмотрев оснований общего характера, которые бы оправдывали продолжение рассмотрения жалоб, решил исключить их из списка рассматриваемых им дел.

Таким образом, одним из основных условий исключения жалобы из списка рассматриваемых дел — основного последствия примирения сторон в ЕСПЧ — является то, что мировое соглашение должно быть основано на уважении прав и свобод человека, закрепленных в Конвенции и Протоколах к ней.

Важно отметить, что до реформы контрольных органов Конвенции возможность заключения мирового соглашения предусматривалась на всех трех этапах рассмотрения индивидуальной жалобы. Заявитель и государство-ответчик могли использовать процедуру дружественного урегулирования спора в рамках разбирательства дела в Европейской комиссии по правам человека, Европейском суде по правам человека и Комитете министров .

Для упрощения структуры контрольных органов и сокращения сроков разбирательства (сроки рассмотрения заявлений в среднем составляли 6 лет), а также для упрочения судебных начал системы контроля в Совете Европы предусматривалась реформа механизма контроля за соблюдением Конвенции. Она нашла воплощение в Протоколе N 11, открытом для подписания в 1994 г. Контрольный механизм Совета Европы, состоявший из трех органов — Европейской комиссии, Комитета министров и Европейского суда, действовал в таком составе до 1 ноября 1998 г. С 1 ноября 1998 г. в соответствии с проводимой реформой Европейский суд начал работать на постоянной основе и в качестве единственной инстанции за счет слияния контрольных функций Комиссии и Суда (ст. 19 Протокола N 11). При этом отпала необходимость в рассмотрении дел двумя органами. Одновременно Комитет министров лишился юрисдикционных полномочий, что освободило систему контроля от присущих ей тогда «политических» компонентов (см.: Шарамова Г.И. К вопросу о юрисдикции Европейского суда // Вестник ВАС РФ. 1998. N 4).

Подробнее об этом: Рожкова М.А., Афанасьев Д.В. Новые правила обращения в Европейский суд по правам человека: текст Регламента, новеллы, комментарии. М.: Статут, 2004. 121 с.

После реформы 1998 г. стороны могут достичь результата примирения только на стадии рассмотрения дела в Европейском суде. В отличие от мирового соглашения, заключенного после возбуждения производства по делу в российских судах, которое может быть заключено на стадии исполнения судебного акта, использование процедуры дружественного урегулирования спора на стадии исполнения вынесенного Европейским судом постановления не допускается. Это связано с тем, что на основании п. 2 ст. 46 Конвенции Комитет министров, потерявший свои юрисдикционные полномочия после реформы 1998 г., осуществляет надзор за исполнением окончательного постановления Суда.

Форма заключения мирового соглашения

Согласно п. 3 правила 62 Регламента простое согласие стороны на урегулирование спора (при условии, что оно достигнуто на основе соблюдения прав человека) является основанием для снятия дела со слушания в соответствии с п. 3 правила 43 Регламента. В российских судах одного согласия недостаточно. Мировое соглашение, являющееся, как уже было отмечено выше, возможным результатом примирения сторон, заключается в письменной форме и подписывается сторонами или их представителями (ч. 1 ст. 140 АПК РФ), либо условия мирового соглашения сторон заносятся в протокол судебного заседания и подписываются истцом, ответчиком или обеими сторонами (ч. 1 ст. 173 ГПК РФ).

Таким образом, в отличие от производства в российских судах, где обязательна письменная форма мирового соглашения, в ЕСПЧ для урегулирования спора между сторонами достаточно лишь простого согласия одной из сторон (при условии, что оно достигнуто на основе соблюдения прав человека).

Как справедливо заметили М.А. Рожкова и Д.В. Афанасьев, ни одна из статей Регламента не говорит о том, что стороны, достигшие урегулирования спора, составляют письменное мировое соглашение (договор) и скрепляют его своими подписями.

Нет в Регламенте и положения о том, что факт подписания мирового соглашения является основанием для снятия дела со слушания .

Рожкова М.А., Афанасьев Д.В. Новые правила обращения в Европейский суд по правам человека: текст Регламента, новеллы, комментарии. М.: Статут, 2004. 120 с.

Заявитель и государство-ответчик, участвуя в процедуре примирения, соглашаются что при определенных условиях спор будет урегулирован. То есть стороны производства в ЕСПЧ берут на себя обязательства выполнять условия, которые они поставили друг перед другом с целью защиты своих интересов.

Представляется, что уступки, на которые пошли стороны и которые зачастую являются условиями мирового соглашения, закрепляются в итоговом акте Суда. Та часть постановления, которая содержит сведения об уступках, будет являться мировым соглашением, условия которого обозначены сторонами. Стоит отметить, что в российских гражданском и арбитражном процессах в определении об утверждении мирового соглашения должны быть указаны его условия (ч. 3 ст. 173 ГПК РФ и п. 2 ч. 7 ст. 141 АПК РФ). Перед вынесением определения стороны представляют на утверждение суда проект мирового соглашения. В Европейском суде, по нашему мнению, стороны путем направления писем в Суд, совершением действий, направленных на примирение, выражают свое согласие на урегулирование спора. Европейский суд, минуя стадию представления проекта мирового соглашения, оценивает данное согласие на предмет того, что оно достигнуто на основе соблюдения прав и свобод человека (не нарушает прав и интересов других лиц и не противоречит закону, как закреплено в ч. 3 ст. 139 АПК РФ и ч. 2 ст. 39 ГПК РФ) и закрепляет условия этого согласия сторон в своем постановлении по делу.

Смотрите так же:  Ежемесячное пособие на ребенка в мордовии

Следует отметить, что в Регламенте нет запрета на то, что это согласие может быть выражено в каком-либо документе, будь то мировое соглашение, заключенное в рамках судопроизводства в российских судах, мировая сделка, которую заключили стороны, находясь вне рамок процесса, или мировое соглашение, которое стороны могут заключить, используя процедуру дружественного урегулирования спора. Следовательно, мировое соглашение может быть выражено и в форме единого документа, подписанного представителями государства-ответчика и заявителем, как, например, в делах «Мария Константиновна Лосева против России» (решение от 24 января 2008 г.) и «Юрий Семенович Тайков против Российской Федерации» (решение от 28 марта 2000 г.) .

/»Арбитражный и гражданский процесс», 2009, N 2/

Последствия заключения мирового соглашения

в российских судах и в ЕСПЧ

В случае заключения мирового соглашения в российских судах оно утверждается судом и подлежит исполнению в добровольном или принудительном порядке.

Статья 39 Конвенции закрепляет, что в случае достижения согласия (которое может быть закреплено в мировом соглашении) суд исключает дело из своего списка посредством вынесения постановления, в котором дается лишь краткое изложение фактов и достигнутого решения.

То же определяет и Регламент. В случае если стороны согласились на дружественное урегулирование, секретарь на основании п. 3 правила 62 Регламента информирует Палату о том, что урегулирование достигнуто на основе соблюдения прав человека, признанных в Конвенции и Протоколах к ней. Далее в соответствии с п. 2 правила 44 Регламента Палата исключает это дело из списка дел, подлежащих рассмотрению в Суде.

В соответствии с п. «е» правила 1 Регламента «Палата» — Палата в составе семи судей, образованная согласно п. 1 ст. 27 Конвенции, а «председатель Палаты» — судья, председательствующий в такой Палате.

Как определено в п. 2 правила 44 Регламента, решение об исключении жалобы, которая была объявлена приемлемой, выносится в форме постановления. Окончательное постановление председатель Палаты направляет Комитету министров для того, чтобы последний мог в соответствии с п. 2 ст. 46 Конвенции осуществлять надзор за исполнением любых обязательств.

В случае если было заключено мировое соглашение, но Европейский суд придет к выводу, что для соблюдения прав человека необходимо продолжить рассмотрение данной жалобы, он продолжит рассмотрение жалобы, даже несмотря на заключенное мировое соглашение.

Суды общей юрисдикции и арбитражные суды Российской Федерации в случаях, если мировое соглашение противоречит закону и нарушает права других лиц, не утверждают такое мировое соглашение. В таких случаях суды будут рассматривать дело по существу.

Уступки государства-ответчика и согласие

на заключение мирового соглашения заявителя

как основание исключения жалобы

из списка рассматриваемых дел

Заключение мирового соглашения на внутригосударственном уровне не является единственным основанием, по которому Суд может прекратить рассмотрение дела и исключить жалобу из списка рассматриваемых дел.

Только по одной жалобе из десяти, снятых с рассмотрения, Суд имеет формализованную декларацию заявителя о том, что он удовлетворен мировым соглашением с властями или что не исполнявшееся годами решение суда первой инстанции наконец исполнено, поэтому он просит прекратить производство по делу. Остальные жалобы снимаются с рассмотрения ввиду «утраты заявителем интереса к продолжению рассмотрения» .

Ковлер А.И. Правовые позиции Европейского суда по правам человека по делам против Российской Федерации (2006 — 2008 гг.) // Российское правосудие. 2008. N 8. С. 7.

Например, в процессе рассмотрения дела «Леонид Григорьевич Якушкин и другие против России» (решение от 28 октября 2004 г.) заявители сообщили суду, что они хотели бы отозвать свои жалобы, поскольку требуемые ими суммы были выплачены. Кроме того, власти Российской Федерации готовы было уплатить компенсацию за моральный вред, нанесенный длительным неисполнением судебных решений.

Европейский суд отметил, что заявители не намерены добиваться рассмотрения своих жалоб по смыслу ст. 37 Конвенции. В связи с тем что, по мнению суда, соблюдение прав человека, как определено в Конвенции и Протоколах к ней, не требует продолжения рассмотрения этого дела, суд прекратил производство и исключил жалобу из списка рассматриваемых дел.

Необходимо заметить, что ни на государственном, ни на европейском уровне мировое соглашение заключено не было.

Таким образом, результат примирения в процессе производства по жалобе Леонида Григорьевича Якушкина и других против России был достигнут на основании уступок государства-ответчика и выражения заявителем согласия урегулировать спор и закреплен решением Европейского Суда.

Положительная самостоятельность ЕСПЧ

в принятии решений по вопросу исключения жалоб

из списка рассматриваемых дел

Интересна ситуация, когда при наличии мирового соглашения, представленного властями Российской Федерации, заявитель потребовал продолжения рассмотрения жалобы, как, например, в деле «Эдуард Николаевич Оглоблин против России» (решение от 23 ноября 2006 г.) . Европейский суд отметил, что в делах «Paritchi v. Moldova» (решение от 1 марта 2005 г.) и «Подболотова против России» (решение от 24 ноября 2005 г.) Суд обращался к п. 1 (с) ст. 37 в ситуациях, когда заявители сначала урегулировали свои дела на внутреннем уровне, а затем отказались считать их урегулированными и настаивали на рассмотрении своих жалоб. Суд не увидел каких-либо причин отклоняться от этой практики в данном деле и посчитал, что, принимая во внимание обстоятельства дела, нет необходимости продолжать его рассмотрение.

Суд обратил внимание на то, что достоверность мирового соглашения, заключенного между сторонами, не оспорена заявителем и был удовлетворен тем, что урегулирование в данном деле основано на уважении прав человека, как это определено в Конвенции и Протоколах к ней, и не было установлено каких-либо причин общего характера, как определено в п. 1 ст. 37, которые могут потребовать рассмотрения жалобы.

Суд решил прекратить производство по данной жалобе и исключить ее из списка рассматриваемых дел.

Таким образом, для Европейского суда не имело значения, что заявитель попросил рассмотрения жалобы по существу, поскольку мировое соглашение было проверено Судом на соответствие стандартам прав человека и не было оспорено заявителем.

Примирительная процедура, которая была использована в производстве по жалобе Эдуарда Николаевича Оглоблина против России, отличается от примирительных процедур, где обе стороны идут на уступки, тем, что в данном случае заявитель сначала принял предложение об урегулировании его жалобы, а потом выдвинул возражения и требовал рассмотрения жалобы по существу. Урегулирование спора произошло не по договоренности сторон, поскольку одна сторона выступила против исключения жалобы из списка дел. Европейский суд, посчитав, что уступки Российской Федерации являются достаточными для удовлетворения интересов заявителя, решил, что в обстоятельствах данного дела продолжать рассмотрение жалобы больше неоправданно.

В российском гражданском судопроизводстве после утверждения мирового соглашения судом спор считается разрешенным, а судопроизводство по делу прекращается. В случае если какая-либо из сторон будет не согласна с данным мировым соглашением, она может оспорить определение суда об утверждении мирового соглашения.

Таким образом, при кажущейся схожести описанных правовых ситуаций у мирового соглашения, заключаемого в рамках судопроизводства в ЕСПЧ, есть принципиальное отличие: в случае несогласия с мировым соглашением одной из сторон суд может решить вопрос о принятии мирового соглашения самостоятельно, будучи ограниченным лишь тем, что данное мировое соглашение должно быть заключено на основе уважения принципа прав и свобод человека, не должно быть оспорено заявителем и ЕСПЧ должен быть уверен в достаточности уступок, на которые идет государство, и реальности их исполнения.

Помимо этого при принятии Европейским судом решения об исключении жалобы из списка рассматриваемых дел в процессе использования примирительной процедуры Судом оценивается ряд факторов, обозначенных им в решении по делу «Алексенцева и другие против Российской Федерации» (решение от 4 сентября 2003 г.): природа жалобы, сопоставим ли предмет жалобы с предметом уже рассмотренных Судом жалоб, существо и объем мер, предпринятых властями в контексте исполнения решений Суда, вынесенных по подобным делам, и влияние этих мер на данный спор (см. «Тахсин Аджар против Турции» (Постановление от 6 мая 2003 г.)). Другим фактором, который необходимо учитывать, является вопрос, признали ли опрашиваемые власти тем или иным образом предполагаемое нарушение Конвенции, и если это так, в какой мере признано нарушение и каким способом власти намереваются предоставить возмещение заявителю.

В процессе рассмотрения дела «Олег Николаевич Леонов против России» (решение от 10 ноября 2005 г.) заявитель после заключения мирового соглашения с властями Российской Федерации сначала подтвердил, что спор был урегулирован и просил Суд исключить его жалобу из списка дел. Позже он, подтвердив достоверность мирового соглашения, отказался от своей просьбы исключить жалобу из списка дел ввиду неудовлетворительного судебного исхода нового гражданского судопроизводства.

Суд в отношении отказа заявителя от просьбы исключить жалобу из списка дел отметил, что данное заявление тяготеет больше к новому судебному разбирательству, а не к решению вопроса о том, что данное дело было неурегулировано.

Таким образом, Европейский суд, оценив все обстоятельства, самостоятельно принял решение об исключении жалобы из списка рассматриваемых дел, тем самым закрепив результат примирения. Считаем, что такое решение, несмотря на несогласие заявителя, будет способствовать скорейшему восстановлению нарушенных прав заявителя, совершенствованию правовой системы государства-ответчика, улучшению его имиджа как правового государства, умеющего национальными средствами разрешать споры со своими гражданами на основе уважения прав и свобод человека. Назовем такую самостоятельность ЕСПЧ положительной.

Однако бывают случаи, когда при наличии уступок государства Европейский суд продолжает рассмотрение дела по существу.

Отрицательная самостоятельность ЕСПЧ

при наличии уступок государства

В деле «Казарцев против Российской Федерации» (Постановление от 2 ноября 2006 г.) власти Российской Федерации сообщили, что управление Пенсионного фонда предприняло попытки по заключению мирового соглашения с заявителем, которое последний отказался принять. Власти Российской Федерации предложили Европейскому суду исключить жалобу заявителя из списка рассматриваемых им дел в соответствии со ст. 37 Конвенции.

Заявитель не согласился с этим мнением, поскольку предложенная ему денежная сумма не охватывала материальный ущерб и моральный вред.

Суд установил, что стороны не смогли договориться по условиям мирового соглашения по делу. Хотя при определенных обстоятельствах жалоба действительно может быть исключена из списка рассматриваемых дел в соответствии с подп. «с» п. 1 ст. 37 Конвенции на основании одностороннего заявления государства-ответчика, даже несмотря на то, что заявитель хотел бы продолжения рассмотрения жалобы, процедура исключения жалобы из списка рассматриваемых дел как таковая не направлена на преодоление несогласия заявителя заключить мировое соглашение («Тахсин Аджар против Турции», «Андросов против Российской Федерации»).

По мнению Суда, должно быть проведено различие между, с одной стороны, заявлениями, делаемыми в контексте строго конфиденциальной процедуры заключения мирового соглашения (п. 2 ст. 38 Конвенции и п. 2 правила 62 Регламента Суда), и, с другой стороны, односторонними заявлениями, делаемыми публично государствами-ответчиками в рамках открытого и состязательного производства в Европейском суде.

Важно также, что Суд установил, что власти Российской Федерации не представили в Европейский суд формального одностороннего заявления, которое соответствовало бы данной категории урегулирования споров и представляло бы собой достаточное основание полагать, что интересы защиты прав человека, определенных в Конвенции, требуют продолжения рассмотрения дела .

Такая же позиция была выражена в Постановлении ЕСПЧ по делу «Засурцев против Российской Федерации» от 25 апреля 2006 г.

По мнению Европейского суда, заявление правительства, будучи односторонним актом, не может рассматриваться как равнозначное мировому соглашению или урегулированию. Не может оно рассматриваться и как обстоятельство, свидетельствующее о разрешении дела (дело «Людике, Белкасем и Коч против Федеративной Республики Германия» (Постановление от 28 ноября 1978 г.) ).

Тем более что принятие условий мирового соглашения, предложенных властями Российской Федерации, является скорее правом заявителя, нежели обязанностью, и отказ от такого предложения не может сам по себе рассматриваться как отсутствие интереса к продолжению рассмотрения жалобы (дело «Федотова против Российской Федерации» (Постановление от 13 апреля 2006 г.) ).

В отношении дела «Николаев против Российской Федерации» (Постановление от 2 марта 2006 г.) ЕС отметил, что одно лишь несогласие сторон по вопросам заключения мирового соглашения по делу не является основанием для признания соответствующей жалобы неприемлемой.

В делах «Васильева против Российской Федерации» (Постановление от 13 июля 2006 г.) , «Матрена Полупанова против Российской Федерации» (Постановление от 13 июля 2006 г.) власти Российской Федерации достигли мирового соглашения с заявительницами и представили его Европейскому суду. Впоследствии, подав жалобу в ЕС, заявительницы утверждали, что заключили эти мировые соглашения под психологическим давлением, оказанным на них органами власти. Суд не исключил жалобы из списка рассматриваемых дел. По его мнению, соглашение, представленное властями Российской Федерации, было заключено вне рамок переговоров по вопросу заключения мирового соглашения при рассмотрении дела Европейским судом. Дочь заявительницы («Васильева против Российской Федерации») и заявительница («Матрена Полупанова против Российской Федерации») не только не подтвердили Европейскому суду свою волю разрешить дело заключением мирового соглашения с властями Российской Федерации, но, напротив, оспаривали действительность мирового соглашения и прямо выразили желание продолжить рассмотрение их жалобы Европейским судом. Учитывая данные обстоятельства, Европейский суд установил, что стороны не достигли мирового соглашения на основе уважения прав человека.

Итак, Суд в обозначенных выше делах установил, что стороны не смогли договориться по условиям мирового соглашения по делу и вынес постановления по существу.

Как видно из приведенных прецедентов, власти Российской Федерации и ФРГ пошли на ряд уступок по отношению к заявителям, пытаясь добиться взаимоприемлемого результата: удовлетворения интересов заявителя путем выплаты ему денежной компенсации, с одной стороны, и исключения жалобы, поданной заявителем, из списка рассматриваемых дел — с другой. Однако эти уступки не удовлетворили заявителя, и, следовательно, не были взаимными, поскольку нарушали его права и интересы. Поэтому стороны, используя процедуру дружественного урегулирования спора, не смогли достигнуть результата примирения. Европейский суд, оценив все обстоятельства, пришел к выводу о том, что уступки государства-заявителя основаны не на уважении прав и свобод человека. Не убедившись в достаточности уступок государства и в реальности их исполнения, Суд самостоятельно принял решение продолжить рассмотрение дела по существу. Такую самостоятельность ЕСПЧ предлагаем считать отрицательной. Название объясняется тем, что права и свободы заявителя будут также восстановлены, но гораздо позднее и с риском длительного неисполнения итогового акта ЕСПЧ властями государства-ответчика, ухудшится статистика решений ЕСПЧ, вынесенных против государства-ответчика, увеличится длительность устранения выявленных Судом несоответствий российского законодательства положениям Конвенции, ухудшится либо останется прежним имидж России как правового государства.

В международных правовых актах, регулирующих деятельность Европейского суда, немалое внимание уделяется институту примирения сторон, выработана прецедентная практика его использования. Увеличение количества дел, по которым властям Российской Федерации удается достичь результата примирения, способствует повышению ее имиджа на европейской арене, устранению недостатков законодательства национальными правовыми средствами и развитию института примирительных процедур, используемых после возбуждения производства по делу в суде.

Природа, порядок, форма и последствия использования институтов примирения в российских судах и ЕСПЧ во многом схожи. Однако взгляд Европейского суда на примирение гораздо шире и гибче подходов, закрепленных в ГПК РФ и АПК РФ. Как видно из проведенного исследования, Европейский суд обладает самостоятельностью (положительной и отрицательной) в отношении вопроса заключения мирового соглашения и наступления последствий его заключения — исключения жалобы из списка рассматриваемых дел — независимо от волеизъявления заявителя или государства-ответчика. При этом для принятия решения об исключении жалобы из списка рассматриваемых дел помимо оценки факторов, указанных в деле «Алексенцева и другие против Российской Федерации», Европейский суд также оценивает следующее:

— реальность и достаточность исполнения условий (уступок государства) мирового соглашения властями государства-ответчика;

— гарантированность ненарушения принципа прав и свобод человека.

Представляется, что сквозь призму понимания Европейским судом института мирового соглашения можно по-новому посмотреть на результаты примирения сторон в гражданском и арбитражном процессах России.